А солдаты немного пошумели снаружи: подпирая дверь черенком от швабры и имитируя возню с минированием.
Разумеется — ни гранаты, ни фугасы тратить на этот цирк он не стал.
Просто велел заварить все три металлические двери, что вели в хранилище.
Пускай ломятся. Вряд ли у местной полиции под рукой есть газосварщик с автогеном.
Пока выловят на каком-нибудь заводе.
Пока привезут. Пока он все разрежет.
Несколько часов пройдет. Что весьма недурно.
А если не найдут, то еще лучше — до вечера тут с зубилом играться будут…
28 июня. Берлин
В этот замечательный день Вальтер Николаи ехал на службу в пролетке и наслаждался утренней прохладой.
Большой город уже жил полной жизнью.
Его приподнятое настроение было связано с тем, что вчера вечером Фридрих сообщил — осталось всего немного, всего чуть-чуть.
Лес под Франкфуртом-на-Одере уже прочесали почти полностью.
И сегодня удастся навязать спрятавшимся русским бой, прижать и вынудить к сдаче.
Или уничтожить.
Что хуже, но тоже ничего.
Главное — уже вечером он сможет отчитаться перед Кайзером об успехе этой важнейшей операции.
Зашел к себе в кабинет.Потянулся.
Ему принесли чашечку ароматного кофе. Небольшие приятные моменты, которые обеспечивала должность.
Обыватели в основной массе уже не могли себе позволить этого напитка.
А он любил. И не хотел начинать день без этого чудесного напитка.
Стук в дверь.
— Войдите! — Самым благорасположенным тоном произнес Вальтер.
Это был дежурный офицер. Принес привычные сводки и свежую прессу.
— Что-то произошло интересного за ночь?
— За ночь — нет. А вот утром Рейхсбанк взяли.
— Рейхсбанк⁈ — Немало удивился начальник военной разведки.
— Так точно. Рейхсбанк.
— И кто?
— Слухи по городу ходят самые необычайные. Поговаривают, что это русские.
— Серьезно? — Улыбнулся Вальтер.
— Обыватели, — пожал плечами дежурный офицер. — Дошло до того, что они болтают, будто эти русские сами вызывали наряды полиции со всего города, чтобы те загружали золото в их грузовики.
— Да уж… — покачал головой Николаи. — Это журналисты нагнали такой пурги, что теперь обывателям кажется черт знает, что. — Произнес он и, подойдя к окну посмотрел на мост Мольтке, вольготно раскинувшийся через Шпрее.
Где-то там, в паре километров по азимуту и стоял Рейхсбанк. Так далеко и так близко.
— Русские… — тихо произнес он себе под нос. — Они создали слишком много проблем в этой войне. Вам не кажется?
— Так точно, — согласился дежурный офицер.
— Так точно, так точно… — повторил начальник германской военной разведки.
И замер, выронив чашечку с кофе.
— Что с вами? — Шагнув вперед, спросил дежурный офицер.
— Русские… — проблеял Вальтер Николаи с совершенно потерянным видом.
Закашлялся и указал рукой на улицу, где только что на мост Мольтке выехал бронеавтомобиль, увешанный флагами Российской Империи…
Как такового штурма Генерального штаба и не было.
Так, перестреляли нижних чинов из охраны.
Да успокоили несколько самых ретивых. Остальные же даже и не сопротивлялись.
Это были сотрудники Генштаба, а не полевые офицеры.
Они и стрелять-то разучились.
А уж по характеру так и вообще — больше мыслители, чем воины.
Вальтер же, вовсе, и дверь сам велел открыть, и сел на виду, без оружия.
От греха подальше.
Он прекрасно был наслышан о любви отряда Меншикова к ручным гранатам… и страсти закидывать их в помещение.
На всякий случай. Или убьет, или покалечит — в общем хорошего мало.
Особенно если после контузии он и на человека-то походить не будет, тяжело повредившись головой.
А дать отпор им он не в состоянии, как и сбежать. Так что зачем усугублять?
Получаса не прошло, как здание Генерального штаба было занято, а все его обитатели задержаны или убиты.
Не очень стремительно.