Ведь пехоту они уже отбили. А значит, что? Правильно. Пора прятаться на новом месте.
С помощью тех же самых маскировочных сеток и веток.
Благо, что город Штеттин был довольно зеленым и деревьев хватало.
Ближе к вечеру немцы вновь предприняли наступление. Но и в этот раз неудачно.
Потому что ожили утренние огневые точки.
Русские подпустили крупные массы пехоты на триста-четыреста метров и срезали их плотным пулеметным огнем.
И сразу же после этого, отошли с позиций, которые менее чем через четверть часа начали мочалить тяжелые гаубицы.
Издалека. Долго. Со вкусом.
Пока в щебенку все там не превратили.
А в воздухе тем временем висел самолет, в надежде вскрыть артиллерию русских.
Первый день боев завершился.
В эскадроне двое легкораненых.
Один поврежденный трофейный MG-08. Ну и убыль по боеприпасам. Хоть и небольшая.
Потому что основной расход лег на винтовочные патроны, оных имелось невероятное количество. Все-таки были захвачены опорные стратегические склады немцев.
Мольтке же стоял в небольшом пригородном домике, нагнувшись над столом, где была расстелена карта города.
И хмурился. Кое-какие успехи были. Себе в актив он записал уничтожение артиллерийской батареи и передовых позиций эскадрона.
О чем Кайзеру и доложил.
Да вот беда — самолеты, полетавшие над тем местом, откуда стреляли русские, не выявили остатков батареи.
Возможно их так сильно разметало тяжелыми снарядами.
А может быть они просто отошли.
Город ведь был большой…
Андрей же сидел в Штеттинском замке и наслаждался «прекрасными видами» глухой комнаты подвального помещения.
Штаб обороны находился там.
На случай артиллерийского налета.
Именно туда сходились телефонные провода и висела большая карта города с самодельными тактическими значками на булавках.
Здесь же, в подвальных помещениях, разместился и лазарет, и место заключения для пленников, и временные казармы основных сил эскадрона.
Третий день обороны Штеттина закончился… и первый день оборонительных боев.
Вечерело.
Андрей выпустил еще трех почтовых голубей к Ренненкампфу.
Каждый из них уносил послание: «Крепко держу оборону. Снабжение дивизии перекрыл. Жду связного. А.»
Лейб-гвардии ротмистр решил ежедневно отправлять послания.
Чтобы держать в известности своего ключевого союзника о том, что город все еще в его руках.
А то вдруг чего дурного себе придумывает?
Он вышел во двор и вдохнул полной грудью свежего и уже прохладного вечернего воздуха. Сидеть весь день в душном импровизированном бункере было так себе удовольствие.
Потянулся. Размялся.
— Ваше высокоблагородие, — раздался голос из-за спины.
— Слушаю.
— Там с семнадцатого поста докладывают. К порту подошло два каких-то корабля, видать военных…
Гостями оказались броненосцы береговой обороны типа «Один».
Сразу-то это было не понять.
Темно. И хоть корабли не сохраняли светомаскировки, из-за опасения столкновений в тесной акватории, ни Андрей, ни его люди опознать их не смогли.
Не моряки. И справочников не имели.
Это только потом ротмистру разъяснили.
Так или иначе, эти два корабля вошли по фарватеру Одера почти до самого морского порта.
Встали на якоря.
И приготовились поддерживать своими орудиями утреннее наступление германских войск.
А там было чем угостить. Одних только 240-мм пушек имелось шесть штук на двоих.
Эти шайтан-машинки могли распылять крепкие каменные домики буквально с одной подачи.
Да и шестнадцать 88-мм короткоствольных пушек тоже могли беды натворить немалой.
Ротмистр ждать утра не стал.
Зачем? Вон как они хорошо подсвечены.
Поэтому артиллеристы начали спешно готовить трофейные 15-см полевые гаубицы к открытию огня. Фугасами.
На берег, поближе к кораблям, спешно был выведен телефонный кабель с аппаратом и наблюдателем.
И вот, 22:34 по местному времени ударила одна батарея дивизиона.
Неспешно. По крутой траектории.
Минуты за две пристрелялись.
И включились все гаубицы.
Важное ведь дело!
Гости пришли, а их ничем не угостили.
Как так? Непорядок!
Поэтому для обеспечения бесперебойной, мерной работы этого дивизиона была задействован практически треть эскадрона.
Для этого артналета гаубицы пришлось переместить к северу от их основных позиций.
И работать из-за массива зданий практически в режиме мортир.
То есть, минимальными зарядами да так, чтобы снаряды летели по как можно более крутой траектории.