По которому на юг — в восточную Чехию — уходила железнодорожная ветка.
Вот по ней-то и устремились русские войска, вышедшие уже к 14 июля к городу Злин.
Это создало новые фундаментальные сложности для Центральных держав.
Критически ослабленная германская группировка в Силезииначала общий отход на север — за реку Нейсе. 10-ая армия к тому времени оказалась практически целиком переброшена в Западную Померанию.
Поэтому в Силезии находилась только 9-ая армия. А ведь прошло всего три недели с того момента, как штаб этой армии был практически полностью уничтожен.
Как люди, так и документы. Да управление войсками с трудом удалось восстановить.
Но последовавшее за этим отступление, привело армию в окончательное расстройство. Держать оборону на два фронта она была не в состоянии. И это прекрасно понимали в Берлине, из-за чего и приказали ей отходить за Нейсе.
То есть, фактически, оставить Силезию.
В Австро-Венгрии обстановка получилась ничуть не лучше.
Прорыв русских войск широким фронтом в восточную Чехию поставил двуединой монархии «шах». Увы, до «мата» также, как и с Германией не дошло. Юго-Западный фронт просто не успел отреагировать на действие соседа.
Да и Брусилов был не таким лихим и быстрым, как Ренненкампф, больше являя собой образец генерала вроде Самсонова. Так или иначе, но связать боем войска Австро-Венгрии в Карпатах Юго-Западный фронт не смог. Не успел.
Из-за чего они начали организованно отходить, стремясь заткнуть брешь и прикрыть Вену.
Ресурсы Северо-Западного фронта были не безграничны.
Люди устали. Да и потерь немало.
Поэтому, заняв половину Западной Померании, Силезию и большую часть Чехии, Ренненкампф остановился, перейдя к обороне уже 17 июля. Дальнейшее наступление даже для Павла Карловича выглядело безумием.
И он стал энергично окапываться по Нейсе, Судетам и южным рубежам старой Богемии, опираясь на реки и прочие удобные естественные препятствия.
Юго-Западный фронт стабилизировался только 21 июля, продвинувшись на запад на двести — двести пятьдесят километров.
Таким образом на австрийском фронте, позиции русских вышли на линию Пльзень — Зноймо — Тирнау — Мишкольц — Бистриц.На французском фронте центральные державы, прекратив наступление, отошли на Абвиль — Амьен — Сен-Канте — Реймс — Труа — Дижон — Лион — Авиньон.
Даже знаменитый Дюнкерк оказался в осаде, удерживаемый только благодаря стараниям Гранд Флита.
Истощенные и измученные войска всех основных стран-участниц были психологически не способны продолжать наступления.
Чудовищные потери в живой силе и вооружениях. Психологический прессинг.
Все это, в сочетании со страхом перед очередными прорывами, заставил всех, буквально всех начать зарываться в землю самыми отчаянными, ударными темпами.
Таким образом лишь летом 1915 года Первая Мировая война перешла в позиционную стадию. Да какую! Укрепления привязывались к местности, обрастая глубокими, просторными, монументальными траншеями.
А те, в свою очередь, многочисленными укрытиями от бомбовых и артиллерийских ударов.
Опыт русских прорывов учли не только немцы.
Несмотря на критическое положение Центральные державы не спешили сдаваться. Заняв, более четверти Франции, они надеялись дожать хотя бы ее.
Ведь поддавалась. Очевидно же поддавалась.
А там и с русскими можно будет разобраться.
Война приобрела удивительный масштаб. Девятьсот километров единого фронта на западе — от Ла-Манша до Балеарского моря, и вдвое больший на востоке.
Да турки, безрезультатно сражающиеся возле Суэцкого канала и на Кавказе.
Они оказались неспособны прорвать оборону русских и англичан. Еще была Болгария.
Но лишённая поддержки Австро-Венгрии и Германии она ушла в позиционный тупик раньше остальных, не в силах преодолеть сербские окопы.
Больше всего во всей этой истории Андрей радовался тому, что удалось фактически избежать «снарядного голода».
Во всяком случае, в той острой фазе, в какой он получился в 1915 году в оригинальной истории.
Почему он возник? Тут и слабая казенная промышленность России, не справлявшаяся с задачами.
И вступление осенью 1914 года в войну Османской Империи, перекрывшей нам последний канал доставки зарубежных заказов. Вот, за полгода и скатились к тому, что стрелять стало нечем.
Что усугубилось потерей крепостей во время Великого отступления 1915 года.