– Дайте им примерить туфельку и посмотрите, кому она подойдёт.
Бен широко раскрыл глаза от удивления, а Рей накрыла рот рукой. Слова, которые она пыталась не выпустить, наконец, вырвались наружу. Когда он хотел было что-то сказать, Рей поняла, что будет не в силах вынести это, что бы он ни говорил. Любое его слово… сломало бы её. В этом она не сомневалась.
«Ничто хорошее не длится вечно».
Слова, что она сама сказала пару минут назад, вспыхнули в её сознании. Рей подобрала полы юбки, достаточно для того, чтобы та не мешала ей идти.
– Рей… – сказал он почти шёпотом. Его внушительная фигура замерла, плечи опустились.
Она не осталась послушать, что он ей скажет. Вместо этого Рей сделала то, что ей всегда удавалось лучше всего. То, что прекрасно сработало в прошлый раз.
Она сбежала.
***
Рей укрылась в библиотеке леди Блюфокс.
Несмотря на расположение, комната оказалась на удивление уютной – казалось, равноудалённой от бальной залы и всего мира. Горели поленья в камине, наполняя комнату теплом и освещая тусклым светом высокие книжные полки с миллиардом самых разных книг. Прямо перед окном, обрамлённом длинными фиолетовыми занавесками, на мягком ковре находился небольшой зелёный диван. На нём мирно спали две кошки: одна – крупная с чёрно-белым окрасом, а другая – полосатая и не такая упитанная.
Рей им завидовала.
Закрыв за собой дверь, она приблизилась к одной из полок и начала изучать стоявшие на ней книги – но только из желания угомонить своё бешено колотящееся сердце. Её грудь высоко вздымалась с каждым вздохом – она немало пробежала по коридорам особняка, когда вырвалась из душной бальной залы.
Вырвалась, лишь бы избежать затруднительного положения, в которое сама себя поставила. И оставила позади сбитого с толку мужчину.
«Бен не найдёт меня здесь», – пробормотала она и достала с полки тонкую книгу.
Кошки на диване мирно спали, не обеспокоенные тем, что происходит в зале на другом конце особняка. Приход Рей им тоже не помешал. Она села рядом с ними и взглянула на обложку книги, которую выбрала.
«Сон в летнюю ночь».
Прочитав название, Рей фыркнула. Трудно было сделать более неудачный выбор. Будто вселенная решила посмеяться над ней и подсунула пьесу, в которой куча парочек, романтических поворотов, а в конце не одна, а целых три свадьбы. Она открыла книгу и пробежалась взглядом по списку действующих лиц, останавливаясь на строчках, где были указаны пары. Царь и царица эльфов в кипящем страстями браке, герцог и амазонка в паре дней от кровавой свадьбы, и две пары помладше, путешествующие по афинскому лесу под действием любовного зелья и жаждущие узнать, была ли ночь среди деревьев лишь плодом их воображения.
– Как называется книга?
Хорошо знакомый голос прервал её мысли. От неожиданности она выронила книгу из рук и случайно разбудила этим кошек. Они подняли головы и посмотрели на неё, прежде чем вернуться ко сну, растянувшись на своей половине дивана во всю длину, будто он им принадлежал.
«Может, это и впрямь только их диван», – пронеслось в мыслях Рей, прежде чем она, наконец, подняла глаза.
Бен стоял в дверях. Он немного помедлил, прежде чем закрыть дверь. Рей так увлеклась чтением пьесы, что не слышала, как он вошёл.
На этот раз он её догнал и нашёл. На ней не было маски, да и она не знала окрестности, чтобы сбежать из особняка и отправиться домой целой и невредимой.
– Ваша Светлость, – сказала она еле слышно, держась рукой за подлокотник дивана.
Бен приблизился.
– Рей, – сказал он в ответ, словно эхо. Опершись на одно колено, он поднял с пола книгу и ненароком коснулся подола её платья.
– Место занято, – предупредила Рей, неуверенно указывая на кошек.
– Это место ничем не хуже, – ответил он и опустил на пол второе колено. Бен стоял перед ней, словно она была какой-то богиней, достойной поклонения.
Эта мысль показалась ей настолько нелепой, что она чуть не фыркнула.
Он поднял на неё глаза и слабо улыбнулся, положив ей на колени книгу, как подношение на алтарь.
«Сон в летнюю ночь», – пробормотал он, кончиками пальцев касаясь золотых букв на обложке. Книга была настолько тонкой, что буквально утонула в её объёмной юбке. Его руки были так близко к бёдрам Рей, что было легко представить, как они опускаются и ласкают саму ткань, а её кожу обжигает тепло его больших ладоней.
Отвернувшись, Рей сглотнула. Она с такой силой вцепилась в подлокотник, что костяшки пальцев побелели. Судорожно вдохнув, она собралась в попытке подавить порыв провести ладонью по костяшкам его пальцев, забраться собственными пальцами под рукава его белоснежной рубашки и остановиться у запястий, чтобы почувствовать его ровный пульс.
«Забьётся ли его сердце чаще?» – подумала Рей. Он оторвал руку от книги и положил её на диван – в сантиметре от её пальцев. Другая рука опустилась с противоположной стороны, и Рей оказалась в ловушке.
Теперь она уже не могла сбежать. Её сердце заколотилось, предвкушение и тревога слились в одно.
– Я в настроении для лёгкого чтива, Ваша Светлость, – ответила Рей в слабой попытке сделать вид, что не устраивала никакой сцены в бальной зале.
Его губы изогнулись в улыбке.
– Вы не в восторге от танцев, – сказал он, одарив её взглядом, по которому было ясно, что отклониться от разговора у неё не выйдет.
– Я в восторге от чтения, – ответила Рей, не желая заглатывать приманку. Она знала, что нельзя позволить ему вернуться к этой теме, иначе она снова вспыхнет.
От ревности.
Когда это слово, наконец, сформировалось у неё в голове, она с облегчением выдохнула. В глубине души она понимала истинную причину того всплеска эмоций. Страх, что счастье не продлится долго, всё ещё был с ней, и всё так же он возникал по одной и той же причине. Она наблюдала, как Бен пытается узнать ту самую незнакомку в каждой встречной девушке, будто танцы могли бы магическим образом помочь в решении этой загадки.
Она им завидовала.
И, что важнее прочего, Рей завидовала сама себе. Версии себя, в которую она перевоплотилась в ту ночь, но не могла перевоплотиться сейчас. Маска была сброшена, и кроме самой себя у Рей ничего не осталось.
Одной только Рей было недостаточно.
– Когда-нибудь мы обязательно сходим в театр, – сказал он, его взгляд блуждал, будто он бросал ей вызов посмотреть на него без колебаний. – Тогда Вы сможете увидеть пьесу своими глазами.
Её взгляд остановился на одной из его родинок – прекрасных коричневых точек, целовавших его бледную кожу.
– Я уже читала эту пьесу, Ваша Светлость, и составила о ней своё мнение.
Он наклонил голову, как обычно, когда был заинтригован.
– И что Вы думаете?
– Я нахожу эту пьесу ужасно удручающей, – ответила Рей с тяжёлым вздохом, будто это признание причинило ей боль. – По крайней мере, для своего жанра – это ведь романтическая комедия.
Бен нахмурился и задумался, будто она сказала нечто сенсационное. Эта мысль была настолько нелепой, что Рей едва не рассмеялась. Она ведь просто высказала своё мнение, а не попросила написать диссертацию на заданную тему.
– Вы не верите, что персонажи в этой пьесе действительно любят друг друга, – заключил он.
– Именно, – подтвердила Рей. Она чуть расслабилась и отпустила подлокотники. Глубоко вздохнула. – Вы и впрямь полагаете, что герцог Афинский и царица амазонок любят друг друга? Что они довольны положением вещей?
Бен посмотрел на книгу у неё на коленях, явно вспоминая сюжет.
– Он определённо преисполнен большим энтузиазмом, чем она.