Девушка закричала, пыталась вырваться, но он был неумолим, и сжал её руку ещё крепче.
– Опять сидишь здесь и бездельничаешь! – ревел он. – Этот дом сам себя не вымоет! Ты – бесполезная, неблагодарная девчонка!
Не будь ей так больно, Рей бы посмеялась над абсурдностью его слов: в доме были десятки слуг, которые работали не менее усердно, чем она сама, но дяде дом всё равно казался недостаточно чистым. За несколько часов до рассвета она уже вымыла полы, ночные горшки, и присела отдохнуть, прежде чем продолжить, как делала всегда.
– Я работаю, – ей было так больно, что она едва могла говорить. – Я только хотела пару минут отдохнуть…
Платт не поверил ей и рассмеялся.
– Отдохнуть? – переспросил он с издёвкой, словно Рей плюнула ему в лицо. – Отдохнуть?!
Рей услышала, как входную дверь внизу кто-то выбил. Она в замешательстве нахмурилась и взглянула на дядю, но его покрасневшее лицо не изменилось – он ничего не заметил.
– Да, – ответила Рей, стараясь оставаться спокойной. – Человеку необходим отдых, это нормально. Но ведь Вы никогда не относились ко мне по-человечески, правда?
Что-то внутри неё сломалось. Может, то был результат многих лет унижений и издевательств. Может, осознание того, что её жизнь никогда не изменится, и не важно, как сильно она надеялась и мечтала об этом.
Слёзы застелили ей глаза. Громкие и торопливые шаги на лестнице разносились эхом, становясь всё громче и громче.
– Наглая девчонка! –Платт снова дёрнул её за локоть, заставив зажмуриться от боли. – Я в этом доме хозяин, и…
Ему не удалось закончить. Как по волшебству, мучительная хватка ослабла.
Когда Рей открыла глаза, чьи-то сильные руки оттаскивали от неё Платта. Она схватилась за изнывающий от боли локоть и подняла глаза.
Бен.
Её сердце было готово вырваться из груди. Раскрыв рот от удивления, ошеломлённая Рей увидела, как его кулак врезался в дядино лицо с такой силой, что Платт плашмя упал на пол и ударился о старый сундук.
–В-в… Ваша Светлость… – только и смогла пробормотать она.
Волосы у него были растрёпанные, а на лбу от напряжения проступали капельки пота. Он посмотрел на Платта, лежащего без сознания, а Рей не могла не задаться вопросом, что побудило его вступиться за неё.
– Ваша Светлость? – повторила Рей, на этот раз твёрже.
Тяжело дыша, Бен взглянул на неё с таким удивлением, словно видел впервые.
– Рей, – начал он и отошёл от Платта на шаг, – Вы в порядке? Что случилось? Он сделал Вам больно?
Она помотала головой, не в силах подобрать слова.
– Это в первый раз, когда он…
– Вам здесь небезопасно оставаться, – твёрдо сказал он и разжал кулак.
Уголки её губ приподнялись в горькой улыбке.
– Я знаю, Ваша Светлость. Поверьте, если бы мне было, куда пойти, я бы уже давно покинула этот дом.
Он сделал шаг ей навстречу, половицы скрипнули под его весом.
– Вы можете пойти со мной.
Бен протянул руку ладонью вверх. Глядя на неё, Рей моргнула, не веря в происходящее.
– Пойти с Вами? – эхом повторила она, сжимая пальцы ног в изношенных туфлях.
– Здесь небезопасно, Рей, – мягко сказал он, словно умолял. – Мы с матерью можем дать Вам работу.
Она закусила нижнюю губу, посмотрела на него и тут же утонула в его нежном взгляде. Её мучил вопрос: почему он так обеспокоен судьбой девушки, которую едва знает; девушки, которая до недавнего времени только молчаливо следила за его жизнью, глядя из окна?
– Когда-то это место было моим домом, – сказала Рей, и в уголках её глаз блеснули слёзы.
В его взгляде читалось непонимание.
– Мужчина, которого Вы только что ударили – мой дядя. Его назначили моим опекуном несколько лет назад, когда скончался мой отец, – объяснила она, потирая больной локоть.
После этого её уже было не остановить. Безвременная кончина её родителей, падение от хозяйки дома, в котором она выросла, до жалкой служанки, годы боли и унижений. Всё – результат жадности её дяди.
Услышав её исповедь, Бен бросил презрительный взгляд на Платта. Тот тяжело дышал, но Рей не сомневалась, что очень скоро он придёт в себя.
Его рука снова сжалась в кулак, и он решительно посмотрел на Рей.
– Тем более Вам нельзя оставаться, – он снова протянул ей руку. – Разве Вы этого хотите?
Она помотала головой. Всего несколько минут назад она размышляла о ничтожности своей жизни, об ужасном существовании, которое она обречена влачить под башмаком дяди. Затем,как по волшебству, прекрасный мужчина, которым она только восхищалась издалека, дал ей шанс расправить крылья и вырваться из этого кошмарного места.
Её сердце переполняла радость.
– Я хочу пойти с Вами, – ответила Рей и протянула руку. Её пальцы коснулись его ладони.
Она была почти уверена, что в этот самый момент у него перехватило дыхание, но потом Рей вспомнила про открытое окно и решила, что это, вероятно, ей показалось из-за ветра.
«Да, это был ветер», – повторяла она себе, пока по ней блуждал его ищущий взгляд. Бен смотрел на неё так, словно она была загадкой, которую ему хотелось разгадать.
Рей взяла его за руку и почувствовала мягкое обжигающее тепло.
***
Не прошло и получаса, как Рей предстала перед матерью Бена.
Лея Органа-Соло, герцогиня Корелльская.
Стоило только ступить в гостиную, Рей сразу попала под её строгий взгляд – каким одаривают подозрительных личностей. Герцогиня в чёрном бархатном платье расположилась в большом голубом кресле у камина, в её худеньких руках была книга.
– Не бойся, – шепнул Бен, стоявший за спиной Рей. – Моя матушка желает тебя видеть. Мне нужно отлучиться ненадолго, нужно срочно решить кое-какие административные вопросы, но я скоро вернусь.
Дверь за спиной Рей захлопнулась, и ей показалось, что она осталась в полном одиночестве. Герцогиня положила книгу на маленький столик из красного дерева.
– Подойди ближе, дитя, – позвала она довольно приветливым тоном.
С губ Рей сорвался лёгкий вздох облегчения, и она приблизилась.
– Ваша Светлость, – Рей сделала реверанс.
Лея кивнула и лёгким взмахом руки велела Рей сесть. Та повиновалась и робко заняла кресло напротив герцогини.
– Так значит это ты – та самая девушка, которая наблюдала за нами из окна соседнего дома, – пожилая женщина склонила голову. – Мой сын всё мне про тебя рассказал.
Рей тут же густо покраснела.
– Простите меня, Ваша Светлость, – ответила она. – Я не хотела подглядывать!
– Не могу тебя винить, – продолжила герцогиня, будто не слышала слов Рей. – Иногда Бен слишком уж эксцентричен. Я глубоко убеждена, что, не будь он герцогом – из него бы вышел отличный актёр, – она глубоко вздохнула и заговорила снова. – Очевидно, что уже неделю лондонцам куда интереснее следить за его личной жизнью, чем ходить в театр.
– Я уверена, что он не ставил перед собой таких целей, – уверила её Рей, тут же погрузившись в воспоминания о теперь уже печально известном балу-маскараде.
Как и все в Лондоне, Рей узнавала обо всём со страниц светской хроники – бегство таинственной незнакомки в полночь и обезумевший молодой герцог, безнадёжно преследовавший ту самую девушку на улицах Лондона…
Всю неделю он не пропускал ни одного бала в надежде, что она появится снова.
–Ох нет, очевидно, ставил, – сказала Лея. – Мой сын – человек действия, весь в отца. Бен ничего не делает случайно. Его упрямство, которое, вероятно, ты назовёшь решимостью – фамильная черта. Отчасти и моя вина, полагаю.