Он разжал пальцы, у меня остался красный след.
— А ты? Тебе больно?
Я не могла просто так уйти.
— Все хорошо, Ю. Так проще всего. Джейлину нужно было выпустить пар, он хотел крови. Не переживай.
У меня все это не укладывалось в голове.
— До утра? — повтори я. — А утром? Тебя вылечат.
— Да, — сказал он. — Меня вылечат, и мы с тобой поедем в лагерь первого дагана, у меня там встреча. Ты умеешь сидеть в седле? Нет? Нужно тебя научить. Завтра будет обычный день. Все хорошо. Иди спать.
Он лежал на животе поперек кровати, как упал. Ему было плохо. Лицо бледное…
— Может быть, принести тебе воды? — спросила я.
— Сейчас ничего не надо, Ю. И у меня нет сил на разговоры. Иди.
Я села рядом.
Не знала, что думать о таком.
Только ждать утра.
Села на полу, рядом. Видела, как кафтан на спине совсем пропитался кровью… она стекала, пропитывала все больше… и одеяло под ним тоже начинало окрашиваться красным.
У меня руки тряслись от такого. Просто сидеть и ничего не делать? Какой-то договор?
Но я боялась сделать хуже. Я многого не понимаю в этом мире.
Я сидела…
Потом поднялась, отошла в сторону. Если сейчас нельзя ничем помочь, то лучше не смотреть, не мучить себя. Халид жив и до утра доживет, он дошел сюда сам. А утром ему помогут.
Небо черное… звезды…
Я не могу.
Мне, наверно, лучше немного поспать, а то завтра снова куда-то ехать? Если это правда. Если Халид вообще сможет завтра встать. Но в магии этого мира мне сомневаться не приходилось, я испытала на себе.
Я ушла на кушетку, на которой спала прошлой ночью. Одеяла не было, но… не важно, наверно. Легла, свернувшись, поджав под себя ноги. Долго лежала…
Невозможно.
Я все прислушивалась к его дыханию. Вдруг ему хуже… Сама переставала дышать, чтобы лучше слышать.
Халид тихо постанывал на выдохе. Чем дальше, тем это заметнее.
Попыталась подождать еще. Потом не выдержала. Вернулась, села с ним рядом. Он весь мокрый, и ему плохо.
Я протянула руку, дотронулась до лба — горячий. Белое лицо и сухие губы.
Легонько погладила его волосы.
— Ю? — тихо сказал он. — Что ты делаешь?
— Я очень волнуюсь.
Он, кажется, улыбнулся.
Я легла рядом с ним. Я ведь должна быть рядом, спать в одной кровати. Делить с ним все. Это ведь не из-за меня? Он сказал: «тебя никто не тронет». Я ведь… Но я все равно ничего не решаю.
Просто лежала рядом. Ждала рассвет. Рассвет как чудо.
Он тихо стонал в каком-то полузабытьи, хрипло и часто дышал.
Уже небо начинало сереть. Я все смотрела на небо.
И утренние звуки до двора…
Но никто не шел.
— Эле, ну как же? Солнце встало! Почему?!
Я готова была расплакаться.
Такой горячий и мокрый лоб, и я совсем ничего не могу сделать.
— Почему никто не идет?
— Успокойся… Ю… — он не открывал глаз и слова давались ему с трудом. — Муари любит поспать. Он никогда не приходит с рассветом.
— Но ведь уже скоро? Уже скоро, правда?
Я лежала рядом, гладила его волосы. Сейчас придут, и все будет хорошо. Сколько еще ждать?
— Скоро, Ю. Не переживай.
Он пытается меня успокоить.
Солнце…
— Я сейчас с ума сойду, — всхлипнула я. — Нельзя же так! Тебе ведь помогут, правда?
— А знаешь, Ю, — сказал он, вышло так странно, почти счастливо, — ты мне снилась. Снилась, да… Еще до того, как я тебя впервые увидел. И в этом сне я был в тебя безумно влюблен, — он улыбнулся. Улыбка на его осунувшемся лице выглядела до крайности дико. — Мое счастье, моя любовь… А когда увидел… мне кажется, я и на самом деле потерял свое сердце. Теперь оно с тобой. Моя Ю.
Улыбался. Безумно.
Мне казалось — он бредит. Да, так и есть, ему очень плохо, у него жар, он вообще не понимает, что говорит. Он очнется и все это забудет.
Вот только и я потеряла… еще немного, и потеряю свое. Когда он смотрит на меня… Я не знаю. Слишком мало времени прошло, чтобы сказать наверняка. Слишком много всего сразу.
Я чуть с ума не сошла, пока это проклятый муари не пришел!
Услышала шаги в коридоре — несколько человек. Высокий крупный мужчина с чемоданчиком, домашние слуги за ним толпой. Сразу суета, комната наполнилась людьми.
Меня тут же отогнали в сторону — не мешать.
Горячая вода, какие-то зелья…
Я видела, как кафтан прямо разрезали на его спине, едва отодрали с присохшей кровью. Слышала, как он стонал и шипел сквозь зубы. Потом муари достал какие-то скляночки.