— Да, — коротко ответила она, мысленно добавив: «Об одной услуге… о чем угодно… на всем белом свете… об одной короткой ночи… обо всей моей жизни».
— Вы не могли бы присмотреть за Скорпиусом? Безусловно, мы щедро оплатим ваши услуги.
Ей захотелось надеть ему на уши вазу, что украшала стол, а еще лучше опрокинуть переполненную пепельницу со своего, но Тиа лишь улыбнулась и молвила:
— С радостью, мистер Малфой. Не сомневаюсь, что мы поладим.
И хотя внутри женщины все кипело: она останется присматривать за его белобрысым отпрыском, пока эти голубки будут предаваться любовным утехам в самом романтичном городе на земле. Но в тот же вечер миссис Хаас стояла на пороге Малфой-Мэнора, сжимая в руке небольшой саквояж.
…
С тех самых пор они часто оставались вдвоем со Скорпиусом, и… как ни странно… женщина и ребенок подружились. Он доверял Тиа маленькие детские секреты и делился тем, что происходит дома и в школе. Он много говорил об отце, и Антеа узнала совершенно иную сторону Драко Малфоя. Увидела его глазами Скорпиуса.
Маленький Малфой неожиданно оказался близким по духу, таким же упрямым, волевым, как и сама Тиа. Его свободолюбия и энергии хватило бы на пятерых мальчишек, а досталось одной белобрысой макушке. Ребенок от души ненавидел родительскую гиперопеку и воспринимал в штыки любое начинание Драко и Астории, касательно воспитания собственной персоны. Но характером сын полностью повторил своего отца, из-за чего и плохо сходился с последним.
Вот тогда в голове Тиа и родился план. Долгого и осторожного разрушения отношений между сыном и родителями. Почему месть приняла именно такую форму и на кого, в конечном счете, должна была вылиться, женщина понимала плохо, но этот единственный рычаг управления она использовала с максимальной расчетливостью, безжалостно, незаметно, так, что бездумная колесница принятого решения уже набирала ход.
Тиа много разговаривала о Скорпиусе с Драко, отчаянно перевирая слова и желания мальчика. Так, вместо новой гоночной метлы в подарок на Рождество, юный Малфой получал волшебный телескоп, и счастливые родители были уверены, что именно о таком подарке мечтал их сын. Позже, именно «благодаря» Тиа, он остался на все рождественские каникулы в Хогвартс, тогда, как недоумевающие почему он так поступил, Астория и Драко, уехали в путешествие. «Мальчик мечтает провести Рождество в компании своих друзей», — вдохновенно врала миссис Хаас, чтобы несколькими часами позже сказать юному Малфою, чьи губы вздрагивали от обиды:
— Скорпиус, ты взрослый мальчик и должен понять, что твоим родителям хочется побыть вдвоем, без тебя.
— Но ведь Рождество — семейный праздник, — едва не плакал он.
— Я думаю, родители пришлют тебе замечательные подарки.
С подачи Тиа Скорпиус начал дружить с ребятами из Гриффиндора, в особенности с Розой Уизли. Он показывал женщине колдопортреты Уизли, и женщина восторгалась красотой девочки. Настойчиво находила достоинства в ее характере. Хотя не знала о ней ничего, кроме того, что рассказывал Скорпиус.
— Вы прекрасная пара, — говорила Тиа взрослеющему юноше, наблюдая, как алая заря румянца заливает его щеки, стоит только произнести имя дочери Уизли. — Она похожа на тебя. Такая же веселая, свободная — чистый ветерок. Только вот твоим родителям она вряд ли понравится. Сам понимаешь, она полукровка, еще и из ТАКОГО семейства.
Что плохого отец видел в Уизли, Скорпиус не понимал, но со временем стал находить внутри себя странную, доставляющую почти физическую радость общения с Розой. В особенности, когда думал, ЧТО об этом скажет отец.
В общем, Тиа отлично сдружилась со Скорпиусом против Драко, хотя внешне все было прекрасно. Мальчик, сам того не подозревая, а позже совершенно осознанно, помогал прощупывать женщине слабые стороны отца, и в тот момент, когда Драко неожиданно остался вдовцом, Антеа была во всеоружии.
Уложить его в постель оказалось делом нехитрым. Пара бокалов виски в гостинице, предусмотрительно снятой ей, несколько ласковых слов и касаний усталой кожи. Она знала, как ему необходима тишина, и готова была ее дать. И так день за днем, даже не замечая, что сама толкает его на путь алкоголизма.
Драко быстро и безбожно спивался. Это стало понятно только тогда, когда ее обществу в номерах разной степени гадливости, он стал предпочитать пьяные компании в кабаках не магического Лондона. И тогда, расправив белые крылья ангела, она доставала его оттуда, пьяного, агрессивного, отчаявшегося.
Она вернула его к жизни…
ОНА вела его по ней.
А теперь между ними все кончено?
…
Дрожащими руками Тиа сыпет летучий порох, он просыпается мимо ладони и взрывается в воздухе. Женщина чертыхается и повторяет. И только с четвертой попытки ей удается попасть туда, куда она хочет.
Светловолосый мужчина сидит за столом, читает. Он сразу замечает ее и накрывает пергамент ладонью. А Тиа, оттряхивая с одежды золу, молча смотрит на Скорпиуса, в очередной раз удивляясь, что с возрастом в лице мальчишки становится все меньше материнских черт. Он напоминает ей того Малфоя, которого она увидела много лет назад. Светловолосого юношу, с серым дымом вместо взгляда.
— Я принесла то, что ты просил.
— Неужели? — криво ухмыляется Скорпиус, и мгновенно утрачивает сходство с Драко. Лицо у юноши менее острое, но не равнодушное, как у отца, скорее агрессивное. — И где же бумаги?
— У меня. Они всегда со мной. Я же не такая идиотка, как твой папаша.
— Как интересно. А я думал, что вас связывают совершенно иного рода отношения, — Скорпиус равнодушно отворачивается, возвращаясь к пергаменту.
— Я готова обсудить дальнейший план действий.
— Чего же вы хотите, миссис Хаас?
— Я хочу, чтобы он страдал, хочу чтобы лишился всего: своего поста в Министерстве, своей репутации.
— Я должен увидеть бумаги.
Она открывает свой ридикюль и, кажется, мгновение сомневается. Но вот проворные пальцы извлекают из сумочки маленькую пудреницу. Она ставит ее перед Скорпиусом, и тот несколько секунд заворожено наблюдают за игрой каминного света в драгоценных камнях. Нехитрое заклинание, произнесенное Тиа, разрушает транфигурационые чары, и вот перед Скорпиусом то, чего он вожделел достать уже несколько лет. То, что поможет скомпрометировать его отца. Лишить его всего того, чего он добивался, что оставалось ему дорогим.
— Что я получу взамен?
— То же что и я, миссис Хаас. Драко Малфой будет растоптан и уничтожен.
— Я хотела бы… — она спотыкается на слове, глядя в лицо мужчины. Впрочем, он не глуп и давно уже догадывается обо всем сам.
— Вы хотели бы получить его, Антеа? Не думаю, что это возможно. Драко Малфою не нужен никто, кроме него самого.
Перед тем как нанести визит отцу, он решил выждать еще несколько дней, и на то были совершенно будничные причины. Скорпиусу предстояла важная для дальнейшего продвижения по карьерной лестнице поездка в Россию. Кроме того, несколько дней назад, находясь в Лондоне проездом, он случайно встретил Лили Поттер.
Ребята неплохо ладили в школе, если, конечно, не считать бесконечных подколок этой темноволосой бестии, которые выводили Скорпиуса из себя, столько раз, сколько волос на голове у этой девицы.
— О, Скорпиус, привет, — они столкнулись у входа в маггловское метро. Для самого конца лета стоял весьма погожий денек. Солнце, наконец, соизволившее откинуть одеяла облаков, приветливо улыбалось на небосклоне и в каждой черточке школьной подруги. — Ты откуда? А Роззи где?
— Я один, — пожал плечами Скорпиус, — я тут всего на несколько часов, прилетел ночью и не стал беспокоить Розу. Она работает над книгой… и… в общем… вот так. А через два часа мне нужно в аэропорт. Улетаю в Санкт-Петербург по работе. Это Россия.
— Я не кретин (нка), — смеется Лили, от чего ее глаза буквально сияют на загорелом лице, — знаю, что этот город находится в России, и… не поверишь. Я как раз решила выйти в город и перекусить перед своим самолетом в Россию. Я улетаю в Санкт-Петербург на практику.