- Жить как прежде, – недолго задумываюсь над ответом.
- Не страшно? – насмехается.
- Ни чуть, я прекрасно справляюсь со страхом.
И я не лгу, с детства нахожусь под прицелом, скрываю правду, огрызаюсь не с теми людьми. Страх для меня стал частью жизни, и нет, я не боюсь быть одна, и, уж кого я точно не боюсь, так это Зубова младшего. Он не обидит, как бы сильно этого не хотел. Хотя, надо как-нибудь проверить.
- Прекрасно выглядишь, - где-то сбоку от меня донесся голос Алексея, - ты знала, куда я еду? – едва улыбается он, забирая меня у Никиты. Напускное веселье, я чувствую, что Лёша не рад всему происходящему.
- Спасибо еще раз, Ник, - перевожу взгляд на друга, тот анализирует Алешу, кланяется и уходит.
- Нет, - говорю уже Леше, - просто Никита часто возит мои вещи с собой. Как раз для таких случаев.
- Как давно ты знаешь Зверева, мне нужен точный ответ, - крепче сжимает мою руку.
- Я отвечу, только прежде скажи, зачем ты солгал своему отцу и Валере?
- Это небольшое преувеличение, а не ложь.
- Это преувеличение мне еще аукнется.
- Не бойся, я защищу тебя, - он вполне серьезно смотрит и продолжает вести меня в центр зала.
А я скептически поднимаю бровь, но не сопротивляюсь.
- Красивая мелодия, - становится напротив меня и кладет свою левую ладонь на мою талию.
- Да, без сомнений, классический вальс, - продолжаю пристально смотреть на этого мужчину, - никто не танцует.
- А тебе кто-то нужен? – уже не скрывает своей улыбки, такой коварной и обезоруживающей. Я и сопротивляться-то не хочу.
Леша притягивает меня ближе, нежно берет мою левую ладонь в свою правую. Никого вокруг, прекрасная музыка, и только мы вдвоем. Мы кружимся в вальсе, двигаясь по центру зала. Знаю, что все смотрят, но мне плевать. Я смотрю только на Алексея. Не замечаю, как подхожу еще ближе, почти вплотную, тянусь к его лицу. Он прижимает меня сильнее.
- Так как давно ты знакома со Зверевым?
Я не успеваю осознать вопрос, как музыка резко обрывается, я вижу на центральной лестнице отца.
Я отстраняюсь от мужчины, смотря на отца. А он смотрит на меня, среди толпы я стала первой и, возможно, единственной, на кого он обратил внимание. Взгляд его серьезен, но не зол. Видимо, брат предупредил обо мне. Да и я говорила утром. Как только на горизонте появляется отец, все окружающие начинают аплодировать, а отец улыбается. Жаль, только, что это все фикция, я знаю искреннюю улыбку отца, и она выглядит иначе. При ней и глаза блестят, и ямочку над губами появляются. А тут, только губы растянуты, и четкие кивки. Вот в кого я такая искусная актриса, и никто не скажет, что он не искренен потому, что выглядит все натурально. Вот папа - мастер! Горжусь, что его дочь.
- Ты чего улыбаешься? – настороженно спрашивает Алексей.
- А что, - отмираю я, переводя на него свой взгляд, - нельзя?!
- Алексей, - доносится из-за его спины папин голос, - добрый вечер. Рад, что вы пришли.
Леша разворачивается, натягивая улыбку:
- Я тоже очень рад, Александр Владимирович, - протягивает руку. Отец ее жмет.
- Не представите мне свою спутницу, - отец заинтересованно разглядывает мой внешний вид, а я стою и боюсь выдать свой восторг тем, что я все-таки попала на этот праздник.
50 лет не каждый год исполняется, да и я первый и последний раз была на таком торжестве 5 лет назад, тогда здесь с группой выступали. Весело было. Но как-то слишком официально.
- Это моя невеста – Мария Цветкова, - Леша отходит и показывает меня во всей красе.
Я выхожу вперед и подаю руку отцу.
- Очень приятно, Александр Владимирович.
- Мне тоже, Мария, - отец искренне улыбается, а я радуюсь тому, что мы сейчас с ним рядом.
- Фото? – справа от нас голос какого-то мужчины прерывает мою радость.
Мы все поворачиваемся в его сторону.
- Хорошая идея, - произносит Валера и подходит к отцу. Как брат оказался рядом, я понятия не имею, но и удивляться этому не буду.
Леша подходит ко мне со спины, и кладет руку на мою талию, хочет отвести, но голос отца перебивает его мысли.
- Сфотографируйтесь с нами, Мария. Прекрасная девушка не помешает нашему мужскому коллективу.
- С удовольствием, - улыбаюсь отцу, - Алеша, - уже смотрю на сжимающего мою талию мужчину; моя рука ложится на его, и я притягиваю его для совместного фото. Как было бы хорошо, будь это наша семья. Я, папа, Валик и Леша. Одна дружная семья, без войны, без вражды.
Лёша стискивает зубы, смотрит на меня убийственным взглядом, но при этом молча выполняет мою немую просьбу и встаёт рядом. Справа меня вдруг приобнимает Валера, ниже на мне рука Алексея. Я улыбаюсь в камеру, фотограф делает пару кадров и уходит. А я чувствую, как рука Леши сильнее сжимает мою талию, ощущение, что меня сейчас раздавят. Отец благодарит нас за фото и идёт с Валерой к гостям. Мы с Лешей остаёмся одни. Я виновато смотрю Алексею в глаза, вижу, как желваки на лице двигаются, но я не сильно боюсь. Хотя, нет , вру, очень боюсь его реакции.