Обнаружил в руке бутылку. Надо же, не выронил, не смотря на все те гадости, какие любит устраивать жизнь. Отхлебнул – помогло моментально. Не знаю как там на счёт сумасшествия, но мысли в голове появились хорошие, нужные. Одна из них так мне понравилась, что прямо расцеловал бы придумавшего этот волшебный напиток. Следуя этой умненькой мысли, просто включил видеозапись. Камера втиснута всё в ту же тоненькую ленточку. Прикоснулся пальцем к нужному месту на ленте и прощай сомнения! Видеозапись проигнорирует галлюцинацию, зафиксировав только реальные события.
Прежде чем продолжить спуск, отхлебнул ещё, отбросив опустевшую бутылку. Перехватил шнур, оттолкнулся от стены. Медленно заскользил вниз, подставляя (так и хочется сказать – свежему, ха!) ветру лицо.
Так, а что это за тепловое пятно приближается ко мне на большой скорости? Гм… состав… так, железо, титан, пара-тройка редких металлов, море мегапластика… кажется, немного органики… Вот затупил!!! Я же не снял повязку! Сдвинув ленту на лоб, рассмеялся - ко мне мчалось такси с почему-то живым водителем. Хмыкнул - оратор из меня не получится, даже на диктора не потяну. Это надо было так выразиться: с живым водителем!!! Фраза предполагает, что водитель мог бы быть мёртвым. Тут же воображение подкинуло картинку: флаерок с вечными шашечками на борту, управляемый симпатичненьким мертвецом. Смех пропал, застряв в горле неприятным комком. Да, отсутствием воображения никогда не страдал, буйная фантазия порой мешала мне самому. Вот и сейчас подсознание быстренько провело аналогии, слепило парочку ассоциаций – и я вспомнил сначала вампира в подземелье, потом перед глазами поплыло само подземелье со всеми его обитателями. Дальше уже было дело техники – зрительные воспоминания дополнились тактильными и прочими. И, пожалуйста: довольно реально почувствовал, будто по мне бегают триллионы насекомых, а какая-то особо настырная букашка лезет в нос. Я даже попытался её смахнуть.
И попал по чему-то тёплому. В ноздри ударил резкий запах.
- Простите, сэр, мне показалось, что вам стало плохо, - на меня смотрел водитель такси. В руках он держал баллончик, рядом валялась открытая аптечка. Интересно, почему-то не помню, как отлепился от стены и прыгнул на заднее сиденье. Ладно, это потом, а пока мне просто необходимо выяснить, кто меня так не любит, и что за типчик скакал внизу, радуясь предполагаемой смерти детектива Ченга. Выяснить хотя бы для того, чтобы перестать считать себя сумасшедшим.
- Держи курс на три тысячи девятьсот семнадцатую улицу. Забегаловку Маргиса знаешь? – водитель кивнул. – Вот и ладненько! Да, включи визифон, хочу посмотреть кое-что.
Зажёгся экран бортового компьютера, такси тронулось с места. Я провёл несколько манипуляций с сенсорами на ленте, вывел на дисплей координатора изображение, любуясь, как болтаюсь у стены, подвешенный на верёвочке. Вот я обнаружил в руке бутылку, вот отхлебнул виски, а вот уже пустая тара летит вниз, прямо на голову карлика в жёлтой одежде. Дальше – крупным планом – лицо моего навязчивого глюка.
- Скажи-ка, приятель, - обратился я к таксисту, - ты этого хмыря, замотанного в рваньё, видишь?
- Никак нет, сэр! – последовал бодрый ответ.
- Спасибо, и гони быстрее!
Он погнал. Я тоже. В смысле – задумался. Так, значит карлик в жёлтом – всё-таки выхлоп моего сбрендившего ума. Но камера зафиксировала реально присутствовавшую при крушении флаера фигуру. Вот только таксист ничего не увидел, значит, подозрения в сумасшествии не отменяются. Клёво: супермен Ченг сошёл с ума, прошу любить и жаловать! Но этого просто не может быть, потому что не может быть никогда. Я уверен здравости собственного рассудка. Значит, кому-то очень хочется, чтобы я поверил в то, что схожу с ума. Интересно, кто считает себя таким умным, думая, что детектив Ченг поведётся на провокацию, шитую белыми нитками? Ведь такси я не вызывал, оно будто специально болталось неподалёку, а значит уверенности в том, что водитель не врёт, нет.
Решил не заморачиваться раньше времени, дерьмо, как правило, имеет свойство всплывать. Подождём, пока оно всплывёт, и тогда станет видно, кому что нужно, и кто мечтает о том, чтобы я надрал ему уши.
За бортом мелькали сверкающие рекламой щиты, огни разукрасили город. Вечерело. Впрочем, сейчас утро от вечера отличить трудно – небо постоянно затянуто дымной пеленой. Таксист, надо отдать ему должное, был асом. Он быстренько доставил меня куда нужно, и я, расплачиваясь, похвалил себя за то, что положил деньги в поясной карман – а то горели бы сейчас мои кровные вместе с несчастным флаерочком.