- Окно! – крикнула Мати, махнув рукой в сторону драпировки.
Метнувшись вперёд, рванул голубую ткань и ткнулся лбом в прочнейший мегапластик. Не проблема – маленькая бомба с большим секретом в несколько минут устранит препятствие, вот только были ли у нас эти минуты?
Установил взрывное устройство, схватил девчонку и отбежал к двери, боковым зрением заметив застывшие фигуры врачей и тело на столе. Изуродованный носик клиентки ремонту явно не подлежал. Машинально отметил, что невольные свидетели попадают в зону осколков, но предупредить не успел – стена за нами содрогнулась от мощных ударов.
- Открой, дурачок, - пел с той стороны Миа-Маргис, - косточек ведь не соберёшь!
- О своих костях позаботься, их у тебя два комплекта – мужской и женский, - огрызнулся я, оттаскивая Сальмати в сторону.
Взрыв и залп совпали по времени. Медсестра наконец-то перестала визжать, а хирург тупо посмотрел на дыру в её плече. Ну и типчик – такая чудная замедленная реакция!
Дверь раскалилась и приготовилась сверкающими каплями стечь на пол. В прожжённое отверстие видно было, как с той стороны беснуется Миа. С моей реакцией всё в порядке, иначе никогда бы не удалось пересечь эти двадцать метров, уворачиваясь от пуль и, подныривая под лучи лазеров.
Всё ещё прижимая Мати к груди, посмотрел вниз – примерно двухсотый этаж, оказывается, бегом мы одолели всего семь лестничных пролётов.
- Детка, закрой глаза и не бойся. Просто закрой глаза. Ты веришь мне? – девушка отрицательно покачала головой. – Вот и ладушки, держись крепче.
Она обхватила меня руками и ногами, я крепко прижал её к себе левой рукой, а правой достал из нагрудного кармана медузу – небольшой парашют, которым ещё ни разу не пришлось воспользоваться.
Дверь рухнула.
Я прыгнул.
Обожгло плечо. Зацепили уже в полёте, но, кажется, ничего серьезного, по касательной. В ушах свистело. Лихорадочно считал этажи, молясь, чтобы парашют не подвёл.
Тридцатый этаж остался где-то вверху, и я резко бросил медузу. Маленький купол раскрылся перед самой посадкой. Нас протащило несколько метров по бетонному покрытию, прежде чем я сумел отстегнуть его.
- Пошли, детка, - но Сальмати отказалась открыть глаза, лишь крепче сжала мою шею.
Бежать к стоянке глупо - там уже ждут. Это всё равно, что прийти с повинной. Мол, дорогой Миа, возьмите свою девчонку. На глаза попался медленно опускающийся флаерок. Парень, сидящий в нём, не понял, как оказался на земле – так молниеносно выдернул его из кабины, запрыгнул в неё и рванул штурвал, переключившись на ручное управление. Для приличия пропетлял по улицам, но хвоста, как и предполагал, не было. Где им успеть, ведь я побил все рекорды по скорости драпа! Поставив машину на автопилот, попробовал освободить шею – не тут то было!
- Сальмати, разожми ручки, слышишь? – прохрипел, вспомнив наконец-то, что надо дышать.
- Уже всё? – побелевшими губами прошептала девушка, открыв глаза.
- Всё. Показывай дорогу – летим выручать бабушку! – бодро улыбнулся и подумал, что живая бабушка в наше время – анахронизм… Или атавизм? Я не очень силён в заумных словечках, короче – нонсенс!
В наше время знать кого-то из предков, кроме, пожалуй, прямого родителя, считается дурным тоном. Вот, к примеру, взять меня. Моя мамочка родила меня и тут же укатила куда-то в поисках развлечений – так, по крайней мере, охарактеризовал это событие мой папа. Папаша, к чести его будет сказано, добросовестно пытался вырастить достойного наследника и тщетно занимался моим воспитанием лет эдак пятнадцать. Потом махнул рукой и посетовал на то, что меня не вывели в пробирке. Тогда бы он заранее знал весь комплект моих плюсов и минусов. Добавлю, что ко времени его разочарования в наследнике, я уже шесть лет как был в бегах...
- Поворачивай!
Визг спутницы вывел из раздумий - перед нами выросла серая стена небоскрёба.
- Куда теперь? - Перехватив штурвал, невольно сморщился, плечо прошила игла боли.
- Ты ранен, - спокойно сказала Мати и добавила невпопад:
- А бабушка, надеюсь, жива. Сейчас налево - за то серое здание, потом вниз, к последнему ярусу, под стеной проход.
Не смотря на рану, я всё же умудрился провести машину сквозь ту щель, что она назвала проходом. В тёмном тоннеле сбросил скорость, скорее угадывая повороты, нежели замечая их.