Приладив к ботинкам крылышки телепортационного передатчика, вошёл в кабину. Не люблю мгновенных перемещений в пространстве, но на сегодняшний день это самый быстрый способ передвижения. Миг - и едва не отбил ступни о твёрдую, покрытую мелкими камешками, почву. Наверное, берег моря. Открыл глаза, но тут же зажмурился, впрочем, оценить обстановку хватило и этого быстрого взгляда.
Нет, это, конечно, совсем не море, но тоже впечатляет! Надо мной высилась сложная конструкция труб из светлого металла. Под этим шедевром сбрендившего проектировщика можно ослепнуть. Солнца стояли в зените и вовсю любовались собой, отражаясь в переплетениях металла. На фоне гиганта жёлтый карлик почти терялся, но иногда светила расходились, происходило частичное затмение жёлтого карлика, и тогда вместо ядовито-оранжевого дня наступали тяжёлые красные сумерки. К моему большому сожалению, длилось это недолго. Солнца сходились, заливая всё вокруг пронзительным апельсиновым светом.
В детстве, помню, мне всегда доставляло счастье, увидеть хотя бы один солнечный зайчик, не отражение лампы, а блик настоящего, столь редкого в моём мире, солнечного луча. Тогда, помню, мечтал о том, чтобы солнечные зайчики были везде, куда не глянь! Гы… сбылась мечта идиота!
Порылся в карманах: надо же, телепортационная кабина барахлит - оружие осталось в космолёте, а вот бантик бывшей домашней киски непонятным образом оказался в кармане. Там же лежал медальон, подобранный в подземелье. Упустил из вида, что всё происшедшее дело рук Сальмати, иллюзия, вызванная транслятором, но почему предметы, попавшие ко мне во время этой иллюзии, никуда не исчезли? И нож, и медальон вполне материальны. Это что ж, получается, что я действительно беседовал с призраком вампира?
С трудом развязав заскорузлый от крови узел, обмотал голову лентой. Сквозь ткань ещё как-то можно смотреть на сверкающую нелепицу.
Первый шаг комом. Оступился и, покатившись по склону, чувствовал себя блином - одна из труб находилась слишком низко. С трудом вылез из-под неё. Чёрт! Подвернул ногу. Лёгкое растяжение связок для супермена Ченга - дело плёвое, но вот о быстром передвижении придётся забыть. Ботинки с энергопрыжком и прочими секретными приспособлениями не надел, за что обругал себя последними словами.
Идти сложно, боль в голеностопном суставе давала о себе знать, особенно, когда пролезал под трубами. Правильнее бы залезть на них, но, учитывая сложность конструкции, решил не рисковать.
Жарко, пот ручьями стекал по начинающей обгорать коже.
Хотелось пить. Я спускался в овраги, поднимался на невысокие холмы – ничего, кроме лабиринта труб. Ничего - и домов, ни деревьев. Казалось, что не было даже самой жизни. Только ослепительно сверкающее переплетение труб. Кошкин бантик намок от пота и теперь не давал никакой защиты. Если б не телепортационная кабинка в космолёте, лежать детективу Ченгу обезвоженным трупом, сохнуть, медленно превращаясь в мумию. Хотя, нет, под таким солнцем мумии не получится – скорее, это будет горстка пепла, точно повторяющая очертания моего тела - что ветра в этом месте было так же много, как и воды. Хотелось пить. Шёл, мечтая о потоках дождя, о капели…
Кап… кап… кап…
Ну вот, уже начались слуховые галлюцинации…
Пошёл на звук, стараясь смотреть только под ноги, чтобы не ослепнуть окончательно. Знал бы, во что ввязываюсь, придушил бы девчонку ещё в борделе Миа-Маргиса…
Эх, знать бы ещё как вернуться на родную планету… Подозреваю, что помочь мне может только чудо. Помолиться, что ли? Говорят, в старину помогало. Почему-то перед глазами всплыло то существо, с серыми крыльями и нимбом вокруг головы – оно мне привиделось, когда возвращался домой от Хуго. В голове всплыли слова, которые тогда сказал: «Срань Господня». Не уверен, что это молитва, но на всякий случай несколько раз проговорил вслух.
Обессилев, рухнул на колени и – о чудо – увидел воду!!! Примерно в четырёх метрах находилась большая лужа.
То, что посчитал за галлюцинации, действительно оказалось капелью. Из-под небольшого студенистого нароста, прилепившегося к сверкающему боку трубы, стекали, шлёпаясь со звоном в лужу, большие, светлые капли.
«Вода» - сказать это уже не было сил. Подполз ближе и уже был готов припасть обескровленными губами к столь желанной влаге, как властный, полный беспокойства окрик остановил меня.
- Замри.
Это было сказано грубым, хриплым голосом, но что-то в интонации заставило подчиниться.
- Медленно, очень медленно, отползи назад, - поступило следующее распоряжение.
Подавил желание послать командира куда подальше, но, в чужой монастырь, как говорится, со своим уставом лезут только будучи до зубов вооружённым. Метра через три, незнакомец снова подал голос: