Ветер стих, море успокоилось, на небе появились звёзды - всего мгновенье назад была буря, теперь же ничего не напоминало о буйстве стихии.
- Ребята, как же я рад вас видеть!
Эрик на минуту забыл о том, что ему полагается держать царственную позу, рассмеялся и, обняв меня, едва не раздавил мускулистыми руками.
- Иди переоденься, - он кивнул в сторону, - мы приготовили тебе платье. И еда там же. Нам пора двигаться в путь.
Я направился к небольшой дверце за мачтой, но, остановившись, спросил:
- Слушайте, вы что, меня специально здесь ждали?
- Нет, у нас привычка в шторм рыбку ловить. Мы меню разнообразим в такую погоду! – пропищал Кур и тут же добавил:
– Во время жертвоприношения брату явилась богиня Мирта и сказала, что ты будешь в этом месте – мы три дня здесь караулили. Она приказала привезти тебя в горный храм.
- Иди, позже поговорим, - добавил Эрик и, набрав полную грудь воздуха, подул.
Да, глотка у Эрека что надо – парус надулся, кораблик подпрыгнул вверх. Я схватился за поручни. Наблюдая, как бесится море внизу, вспомнил – Эрек не только король, он ещё по совместительству и главный волшебник. Осмотрелся – на палубе никого не было. Странно, когда меня вытащили из воды, показалось, что здесь полно народа, но корабль был совершенно пуст, по крайней мере, я не заметил ни одной живой души на этом корыте.
Корытом плавсредство назвал не случайно. Здесь скрипело и двигалось всё, что могло скрипеть и двигаться. Сейчас даже резиновый мешок, в котором не так давно мне пришлось путешествовать по трубам, показался более надёжным. Тому, кто строил этот кораблик, следовало бы задать хорошую трёпку: казалось, что ни одна его деталь не пригнана к другой, не закреплена гвоздями, втулками, винтами. Реи тёрлись о мачты, палуба грозила разъехаться прямо под моими ногами, а паруса, без малейшего намёка на крепления, того гляди, осенними листьями опадут вниз. Но спутники чувствовали себя на судне прекрасно, и я решил не придавать значения собственным страхам. Хотя, нет, не страхам – супермен не знает, что это такое - скорее, опасениям. Потянул дверцу, спустился по шатким ступеням, думая о том, что если особы королевской крови доверяют свои жизни этой развалине, то мне уж точно переживать не стоит.
В трюме оказалось довольно уютно. Небольшое помещение устлано коврами, повсюду разбросаны подушки. В центре – небольшой столик, на нём аккуратно разложена одежда. Рядом стоял таз с водой и кувшин. Стянул с себя мокрый комбинезон и быстро сполоснулся. Вытерся мягкой, пушистой тканью, и приступил к одеванию. С удовольствием натянул чёрные кожаные штаны, с трудом разобравшись с тем, как они застёгиваются. Сначала, по привычке, попытался найти магнитные кнопки, и только, вспомнив, где нахожусь, сообразил, зачем нужны шнурки и петли. Высокие, до колена, сапоги, пришлись по размеру. Сделанные из мягкой кожи, на прочной, но тонкой подошве, они были лёгкими и почти не чувствовались на ноге. Засунул за голенища пару кинжалов, которые прилагались к костюму, и только потом натянул рубаху – белоснежную, из мягкой, приятной на ощупь, ткани.
Сверху прилагался ещё один ремень – пошире брючного, кажется, он назывался перевязь. Я застегнул пряжку, потрогал петли, в которых, как я понял, должно крепиться другое оружие, поискал глазами – но кроме упомянутых уже ножей, ничего не было. Вздохнул и накинул на плечи плащ из тяжёлой ткани. Шерсть – услужливо подсказала родовая память. Да, подсознание у меня работает что надо, не заткнёшь! Ну – шерсть, ну и что? Подумаешь, кусок ткани с капюшоном, эка невидаль! Вот только чем это безобразие укрепить на плечах, чтобы не сползало?
Я поднял свой пояс, порылся в карманах, и к собственному удивлению обнаружил брошку – цапля, танцующая в луче лунного света. Брошь, подаренная близнецами во время прошлой встречи. Заколол плащ, потом, подумав, снял перевязь. Глупо в ней щеголять, а повесить на неё оружие ещё глупее. Я никогда не пользовался мечом, предпочитая лазерный излучатель. Надел свой родной ремень с карманами, в которых находилось много нужных, но подозреваю, что в этом мире бесполезных предметов. Однако почувствовал себя в нём уютно – привычная вещь придала мне уверенности, напоминая о доме.