— Это все так, но ты ужасно строга с мужчинами. На тебя совершенно невозможно угодить. Неужели твой покойный муж был таким совершенством, что после него ни один образчик сильного пола не может прийтись тебе по вкусу?
Лаура даже не ожидала, какой эффект произведут эти слова, сказанные в ее обычной шутливой манере. Роза вдруг вся как-то сжалась, как будто ее ударили. В глазах промелькнули тоска, испуг, какие-то еще чувства, которые Лаура даже не успела расшифровать.
— Роза, что с тобой? — растерянно промолвила она.
Но та уже успела взять себя в руки. Выражение лица стало более спокойным, она даже попыталась улыбнуться. Потом несколько секунд молчала, как будто собираясь с мыслями. И наконец произнесла:
— Нет, Лаура, конечно, мой муж не был совершенством. Просто это была первая и, кажется, последняя любовь в моей жизни. Я была совсем девчонкой, когда мы встретились. Он поразил мое воображение. Он был так не похож на всех остальных, кого я знала, мне он казался волшебным принцем из сказки. Я совершенно потеряла голову, когда он обратил на меня внимание и стал ухаживать за мной. Мне казалось, что все это сон. А потом…
— Что потом?
— Потом были будни. Были ссоры, были конфликты с его родственниками. Постепенно я поняла, что волшебных принцев не бывает, по крайней мере, у нас, в Мексике. Но к тому моменту он уже занял настолько прочное место в моей душе, что никакие его поступки не могли этого изменить.
— И все-таки ты, наверно, счастливая. Узнать такую любовь не каждому дано.
— Я действительно чувствовала себя счастливой. И совершенно была на вершине блаженства, когда родились девочки. Мне казалось, что теперь все мои мечты сбылись и впереди простираются долгие годы безоблачного счастья.
— Наверно, так бы и случилось, если бы не землетрясение. Ты не можешь винить ни себя, ни его. Это же несчастный случай.
— Ах, Лаура, ты просто всего не знаешь. Есть вещи, о которых мне не хочется вспоминать даже с близкими людьми.
— Бедняжка моя. Мне кажется, я тебя понимаю. Но это не отменяет того, что я говорила раньше. Тебе пора жить не прошлым, а настоящим. Мы обе с тобой знаем, как относится к тебе Эрнандо Тампа. Он уже несколько лет только и мечтает о том, когда ты позволишь ему сделать тебе предложение.
— Лаура, я знаю, что Эрнандо хороший человек. Я понимаю, что из него получился бы превосходный муж и отец семейства. Я ценю его дружбу, тем более что он много раз выручал меня в трудную минуту. Но я ему часто давала понять, что замужество для меня исключено. Он это хорошо знает.
— Ты же знаешь, что такое влюбленный мужчина. Он никогда не теряет надежды. А впрочем, возможно, тебе нужен кто-нибудь совсем новый. Честно говоря, когда я говорила о твоем фото в журнале, у меня мелькала такая мысль. Роза, ты просто не отдаешь себе отчет в своей привлекательности. Ты настолько неотразима, я уверена, что, увидев твою фотографию в газете, половина мужского населения страны помчится заказывать букеты в Гвадалахару.
— Только этого мне и не хватало. Вечно у тебя какие-то безумные идеи. Лучше поговорим о твоих делах. Мне не терпится узнать, что у тебя нового.
— Ах, Роза, я опять вчера весь вечер проплакала.
— А что теперь?
— Я же тебе говорила, что с того дня, как его жена вернулась с курорта, мы еще ни разу не виделись. Я ему позвонила на работу, он спросил, как дела, и обещал перезвонить часов в пять. Я до шести часов не отходила от телефона.
— А он не позвонил?
— Нет. Я наконец не выдержала и, проклиная себя, набрала его номер. Отвечает сладким голосом и начинает говорить, что соскучился, что очень хотел бы увидеться, но, к сожалению, дела, ужин с клиентом, так что ничего не получится, а уж завтра он позвонит обязательно. Я не выдержала, наговорила ему каких-то глупостей, швырнула трубку, а потом весь вечер ревела.
— Лаура, но ты же свободная женщина и вполне самостоятельная. Что тебе мешает последовать своему же совету и развлекаться?
— Значит, такая я глупая. Сто раз себе говорила одно и то же: не нужна я ему, значит, надо оставить его в покое.
— Ну и что дальше?
— Так он сам говорит, что нужна. Говорит, что любит. Я ему говорю, что люблю его и хочу быть с ним вместе. А он начинает объяснять, что это невозможно из-за детей.
— А ты все надеешься?
— Я уж сама не знаю, на что я надеюсь. Пробовала принимать приглашения от знакомых мужчин, но все не то. Один кажется слишком глупым, другой слишком расчетливым…
— А все потому, что ты о своем Хасинто думаешь.
— Наверно, ты права. Он такой человек, который никогда не уйдет от семьи. Слишком много значат для него дом, общественное положение, мнение коллег. Да ему, собственно, и так неплохо.
— Лаура, так, если ты все понимаешь, что же ты позволяешь ему отравлять себе жизнь?
— Да я и сама не знаю. Потому и говорю, что, значит, сама дурочка. Ты помнишь, какой он внимательный был ко мне вначале, когда добивался моей благосклонности. А теперь только и вздыхает о своих трудностях и проблемах на работе. Дошло до того, что в мой день рождения он даже не позвонил мне, не то чтобы подарок сделать. Я ему говорю: «Если я тебе не нужна, лучше отпусти меня». Отвечает: «Нет, ты мне нужна». Ну скажи, чему мне верить?
— Ах, Лаура, ты просто себя обманываешь. Ты же знаешь, что ты нужна Хасинто как отдых от холодной обстановки дома, для удовольствия и самоутверждения. Но он никогда не согласится переменить свой образ жизни ради тебя.
— Я знаю, что ты права. Поэтому я уже почти приняла решение расстаться с ним.
— Вот и прекрасно. Пусть наша поездка в Монтеррей станет началом новой жизни.
— Хорошо, Роза, только новой для нас обеих. Хватит быть затворницей.
В этот момент острый взгляд Лауры отметил мужчину, который, ведя под руку изящно одетую даму, направлялся в сопровождении метрдотеля к столику в углу.
— Смотри, смотри, Роза. Это твой Эрнандо. А кто эта женщина с ним?
Роза посмотрела в ту сторону. Эрнандо сидел к ней спиной, а его спутницу она прекрасно видела. Женщина была ей незнакома.
— Что ты удивляешься, Лаура? Эрнандо холостяк, он имеет право ужинать с кем хочет.
— Да, но посмотри, как она на него смотрит. Она явно имеет на него виды. Неужели тебе это совсем безразлично?
— Эрнандо Тампа мой друг, и я желаю ему счастья. Я совсем не против того, чтобы он женился, но мне хочется, чтобы ему встретилась достойная его женщина.
— Ну, не думаю, что эта красотка может кого-нибудь осчастливить. Уж больно у нее холодный и самодовольный взгляд. А разодета-то как. Наверняка не бедствует.
— Тише, Лаура, не будем привлекать к себе внимание.
Сидящие неподалеку от них Эрнандо и Каролина были в этот момент заняты беседой. Каролина пустила в ход все свои чары. Это была уже третья их встреча с Эрнандо за этот месяц, но все они проходили по одному и тому же сценарию, который не устраивал Каролину. Эрнандо был неизменно любезен, охотно поддерживал беседу, вникал в деловые проблемы Каролины и давал ценные советы, но каждый раз, проводив ее до дома после ресторана, отказывался зайти, ссылаясь на загруженность работой, поздние деловые звонки или даже просто на усталость.
Каролина про себя решила, что это свидание будет переломным. Она особенно тщательно выбрала для себя наряд. На ней было черное платье с глубоким вырезом на спине, плотно облегающее и позволяющее оценить ее красивую фигуру. Наряд дополняли бриллиантовые серьги и бриллиантовое колье. Светлые волосы были завиты в крупные локоны и свободно спадали на плечи. Спору нет, Каролина была весьма эффектна. Пожалуй, лишь надменно сжатые губы чуть портили общее впечатление. Когда Эрнандо заехал за ней по дороге в ресторан и увидел ее в таком наряде, он не смог сдержать восхищенного возгласа.
— Каролина, ты сегодня прелестно выглядишь. Впрочем, как всегда.
— Спасибо, Эрнандо, от тебя это особенно приятно слышать, я ценю твой вкус. Ну что, поехали?
Когда они направлялись на машине в ресторан, Каролина в душе торжествовала. Она чувствовала, что в этот раз Эрнандо не устоит. Следует только запастись терпением, чтоб не спугнуть его раньше времени.