«Твоим Энрике»? Мозг Дульсе лихорадочно заработал. Ах да, Лус рассказывала, что за ней ходит по пятам один мальчишка из их класса и все время старается проводить ее до дома. Чудно! Сестра вроде бы нормальная девчонка, а тратит время на такие глупости. На всякий случай Дульсе постаралась улыбнуться. Вроде бы сошло.
К счастью, Роза сказала:
— Господи, мы все болтаем, а бедный ребенок уже засыпает. Беги спать, Лусита.
— Спокойной ночи, мамочка. Спокойной ночи, Томаса. Как хорошо, что до конца каникул еще два дня и завтра не надо рано вставать.
Роза поцеловала девочку, и та пошла вверх по лестнице. План расположения комнат они с Лус изучали долго, поэтому Дульсе не боялась запутаться. И все-таки, оказавшись одна в комнате сестры, она вздохнула с облегчением.
Уже в постели Дульсе долго ворочалась, не в силах уснуть. Самые разные мысли и образы сталкивались в ее голове. Она представляла себе Лус на сцене, такую, какой она ее впервые увидела. Потом видела перед собой отца, печально смотрящего на фотографию жены. Дульсе понимала, что события развиваются по своим собственным законам и от них с сестрой теперь мало что зависит. Поэтому ей временами становилось страшно. Но, как защиту от всех страхов, она вновь видела в своем воображении улыбающееся лицо Розы, и Дульсе чувствовала себя счастливой. С этого дня у нее есть мама.
ГЛАВА 24
Херувим стоял возле телефонной будки на бульваре Кармелитос и наблюдал за входом в цветочный салон Розы Дюруа. Видно было, что салон пользуется популярностью: то и дело дверь открывалась и выходил очередной посетитель. Некоторые несли букеты, завернутые в красивую бумагу, за другими служитель выносил к машинам целые корзины или горшки с цветами. Херувим знал, что сеньора Дюруа на работе: ее машина была припаркована рядом. Он решил дождаться часа, когда магазины закрывались на дневной перерыв. Он увидел, как служащие закрыли двери, некоторые из них вышли и направились к ближайшему кафе. Розы среди них не было видно.
Херувим вошел в телефонную будку и набрал номер.
— Мне нужна сеньора Роза Дюруа, — вкрадчивым голосом проговорил он.
— Я вас слушаю. Чем могу быть полезна? — услышал он приятный, мелодичный голос.
«Ха-ха, полезна! Ты мне будешь очень полезна, птичка», — подумал про себя Херувим, а вслух сказал:
— Это я, сеньора, хотел бы быть вам полезным. У меня для вас есть некоторые важные сведения, и я хотел бы с вами увидеться.
— Какие сведения? О чем вы говорите? — встревожилась Роза. Ей начинал не нравиться этот странный вкрадчивый голос.
— Я могу вам сообщить то, что вас очень заинтересует. О вашей родне из Мехико.
— Вы ошиблись. У меня нет никакой родни в Мехико.
— Неужели? И вам ничего не говорит фамилия Линарес?
Голос Розы дрогнул и стал менее уверенным.
— Что вы хотите? — резко спросила она.
— Не волнуйтесь, сеньора Дюруа. Я просто хочу с вами повидаться и поговорить.
— Но зачем? Почему вы не хотите сказать все сейчас по телефону?
— Нет, сеньора Дюруа. Я обязательно должен увидеть вас лично. Это непременное условие.
— А где?
— Выйдите сейчас из салона и дойдите до городского сквера на площади Индепенденсиа. Сядьте на скамейку напротив фонтана. Я к вам подойду. Встретимся через пятнадцать минут.
— Но почему я должна с вами встречаться? Почему вы не хотите объяснить? Что все это значит? — возмутилась Роза.
— Сеньора Дюруа, это в ваших же интересах. Мы поговорим о том, что вы помните о человеке по имени Рикардо Линарес.
— Что с ним? — невольно вскрикнула Роза, но мужчина уже повесил трубку.
Роза тоже положила трубку телефона и растерянно огляделась. Она была одна, но даже если бы рядом с ней кто-то был, она бы ни с кем не могла посоветоваться. Никому в Гвадалахаре она не открыла своей тайны. О ней знала только Томаса, а чем ей может помочь Томаса? И тем не менее этот человек явно что-то пронюхал.
Придется идти на эту встречу. Все равно Роза теперь не успокоится, пока не узнает, о чем идет речь.
Она торопливо вышла, заперла кабинет и направилась на улицу. Ехать в машине не имеет смысла, до площади проще дойти пешком. Роза пришла в назначенное место, села на скамейку в тени деревьев и задумчиво стала рассматривать фонтан. Внезапно голос, слышанный ею по телефону, произнес над самым ухом:
— Добрый день, сеньора Дюруа.
Роза испуганно оглянулась. Рядом стоял довольно молодой мужчина со светлыми курчавыми волосами. Его можно было бы, пожалуй, даже назвать приятным, если бы не какая-то недобрая улыбка, обнажавшая ряд желтых зубов.
Роза попыталась взять себя в руки и как можно тверже сказала:
— Говорите, что вам угодно.
— Видите ли, сеньора, — продолжал мужчина, широко улыбаясь, — я сам здешний, но у меня есть друзья в Мехико. Вам ведь приходилось бывать в столице?
Роза молчала. Она просто не могла придумать, что говорить, и решила подождать, что еще скажет незнакомец.
— Ну так вот, а у моих друзей в свою очередь тоже есть друзья, и в том числе достопочтенный Рикардо Линарес. И, возможно, этому достойному господину будет очень интересно узнать, где именно скрывается его законная супруга, которая без его ведома и согласия увезла его дочь и скрывает ее от отца. Думаю, что такая информация весьма заинтересует сеньора Линареса.
— Что вы хотите? — едва вымолвила Роза побелевшими губами.
— Ну-ну, не надо так волноваться, — снова осклабившись, ответил мужчина. — Пожалуй, с моими друзьями можно договориться. За соответствующее вознаграждение они, наверно, согласятся придержать эти сведения при себе и не обременять ими сеньора Линареса.
— Шантаж? — выдохнула Роза.
— Фу, сеньора Дюруа, какое грубое слово. Всего лишь дружеская услуга. Или вы предпочли бы обратиться в полицию?
Роза растерянно замолчала. В ее сознании беспорядочно проносились обрывки каких-то мыслей, из которых самая четкая была: «Надо во что бы то ни стало выиграть время». Она попыталась опять взглянуть в глаза этому человеку, который, несмотря на смазливую внешность, ей казался омерзительным.
— Но какие у меня гарантии, что, если я дам вам деньги, вы выполните свое обещание?
Херувим снова улыбнулся, показывая желтые зубы:
— Ну что вы, сеньора Дюруа. Мы люди благородные. Нам всегда можно верить.
Заметив по лицу Розы, что она колеблется, он решил воспользоваться своим психологическим преимуществом.
— Короче, я буду вас ждать в баре Мартинеса на авенида де ла Пас завтра в шесть часов вечера. Деньги вы должны принести в конверте наличными. Два миллиона песо. В дальнейшем мы вам сообщим, каким образом вы будете передавать нам деньги каждый месяц.
— А если я обращусь в полицию?
— Не советую, сеньора Дюруа. Я же вам сказал, что я не один, у меня есть друзья в Мехико. Может быть, вы забыли, что в нашей стране существуют законы, предусматривающие наказание за похищение детей.
— О чем вы говорите? Я живу со своей родной дочерью.
— Разумеется. Но вы увезли ее без согласия отца и десять лет скрываете от него ее местонахождение.
— Но ведь я могу сама написать мужу и все ему сообщить.
— Ну и как, по-вашему, к этому отнесется ваша дочь? Думаете, она вас одобрит? А ваши друзья и деловые знакомые в Гвадалахаре? Прошу вас, если хотите, можете рискнуть.
Роза молчала. Она представляла себе встревоженный взгляд Лус, для которой весь привычный мир вдруг рухнет. Так ли она была права, когда, повинуясь порыву и под воздействием нестерпимой боли в душе, решила уехать и порвать с Рикардо?
Но, с другой стороны, что она может предпринять сейчас? Они с Рикардо не виделись почти десять лет. Наверняка за это время у него появились другие женщины. Может быть, он даже женился. Во всяком случае, за все это время он не сделал попытки разыскать Розу. Не исключено, что он даже обрадовался ее исчезновению.
Пока все эти мысли проносились в голове Розы, Херувим пристально смотрел на нее. Наконец он сказал: