— Вы меня отпускаете? — не поверила своим ушам Фуэнсанта.
— Отпускаю, — ответил Саморра.
Он не двигался, пока дверь за рыдающей девушкой не закрылась. Затем медленно закурил и задумчиво сказал, глядя в окно:
— Тонкая, благородная душа, значит… Какая мразь…
Однако его философские рассуждения прервал телефонный звонок. Федерико Саморра поднял трубку и услышал незнакомый хрипловатый голос, который подчеркнуто вежливо спросил:
— Простите, могу я говорить с сеньором Саморрой?
— Он у телефона, — ответил Крокодил, который по характерным интонациям догадался, кто ему звонит, хотя никогда и не слышал этого голоса.
— Мы бы хотели встретиться с вами… — вкрадчиво продолжал голос.
— Кажется, я знаю, с какой целью, — спокойно ответил шеф регионального отдела. — Вы, по-видимому, жаждете передать мне привет от Густаво Гуатьереса.
На другом конце провода возникла пауза. Саморра усмехнулся.
— Вы очень догадливы, — сказал Пиявка. — Мы хотели передать вам привет именно от этого человека. Вы, как я понимаю, помните его и ту услугу, которую оказали ему.
— Да, — сухо ответил Саморра. — Но мне вчера уже пытались передать этот привет, причем от вашего же имени. Ничего хорошего из этого не вышло, так что, может быть, лучше оставите эту идею, молодой человек?
— С нами не так просто, — ответил Пиявка. Ему показалось, что Саморра лишь старается взять его на испуг. — Вы же еще не ознакомились с нашими условиями.
— Ну что ж, мое дело предупредить вас, — ответил Саморра. — Я слушаю вас.
Пиявка был к этому готов. Он потребовал за свое молчание двадцать пять миллионов песо, которые должны быть переданы ему сегодня же вечером. Саморра должен оставить деньги в свертке на пустыре в пригороде Мехико, где велось строительство большого жилого массива. Пиявка прекрасно понимал, что это не Эрлинда и встречаться с этим человеком было смертельно опасно.
— Хорошо, — мрачно сказал Саморра, — я принимаю ваши условия.
Он повесил трубку и пробормотал про себя: «Что ж, это к лучшему. Ниньо и его ребята сделают за день всю работу и могут спокойно уйти на дно и отдыхать, пока снова не понадобятся. Надеюсь, это будет не скоро».
ГЛАВА 45
Каролина держала в руках фотографии и рассматривала их с видимым удовольствием. Фотографии и в самом деле получились весьма удачные для ее целей. На них была изображена Роза Дюруа в компании довольно молодого человека со светлыми курчавыми волосами. Роза с ним на скамейке на городской площади. Он и Роза сидят за столиком в баре. Он и Роза стоят у машины, перед тем как сесть в нее. Молодой человек приветствует Розу у стойки бара. На каждую ситуацию было несколько фотографий. Особенно хороша, с точки зрения Каролины, была одна из них, где парочка сидела за столиком. Молодой человек по-хозяйски положил руку на спинку стула Розы, как бы приобняв ее, и смотрел на нее сверху вниз с довольной ухмылкой. «И не страшно, что лицо этой несчастной Розы выражает скорее испуг, чем безудержный восторг, — подумала про себя Каролина, — зато по этой фотографии сразу видно, кто хозяин положения».
Так что Каролина была вполне удовлетворена и, не торгуясь, заплатила за них детективу Карильо весьма круглую сумму.
К сожалению, другое поручение Каролины детектив выполнить не сумел.
— Как же так? — упрекала его Каролина. — Я ведь поручила вам связаться с этим типом, Херувимом или как вы его там называете, и вы мне обещали.
— Все так, сеньора, — отвечал детектив Карильо. — Я был уверен, что затруднений не будет, потому что слежка за ним у меня была поставлена четко. Но мне надо было подобрать такое время и место, чтобы он был один, потому что мне тоже не хочется демонстрировать свое присутствие там, где этого не требуется. Это может повредить моим профессиональным интересам. Но тут я недооценил этого Херувима. Два дня назад он как сквозь землю провалился.
— Я-то думала, от вас ни один человек не ускользнет, — насмешливо сказала Каролина.
— Обычно так оно и есть, сеньора. Но тут пока не вышло. Я подключил к его поискам еще троих, но они тоже еще не вышли на его след.
— И как вы объясняете его внезапное исчезновение?
— Я точно не знаю. Шантажисты обычно предпочитают держаться поблизости от своей жертвы.
— Простите, — перебила его Каролина, — но мы даже не знаем точно, что он ее шантажировал. Именно чтобы удостовериться в этом, я и просила вас вступить с ним в контакт.
— Знаете, сеньора Рокас, — ответил детектив, — я занимаюсь своим ремеслом уже около двадцати лет и имею кое-какой опыт. И хотя я не видел своими глазами купюры, которые она ему передавала один раз в конверте, а второй раз в пакете, для меня лично ситуация абсолютно однозначна.
— Допустим, — сказала Каролина. — Но как бы то ни было, он исчез. Как же вы собираетесь его разыскивать?
— Последний день перед его исчезновением Херувима видели в обществе одного местного типа, который пользуется очень сомнительной репутацией. Его подозревают во многих грехах. Он сейчас тоже скрывается, и где он живет, мне неизвестно. Тем не менее за эту ниточку попробуем зацепиться, чтобы найти дорожку к Херувиму.
— Хорошо, сеньор Карильо. Продолжайте ваши поиски и докладывайте мне о результатах каждый день утром и после обеда. А если появится что-нибудь новое, можете звонить мне в любое время.
Каролина отпустила детектива, заперла фотографии в сейф и заторопилась к портнихе. Предстояла последняя примерка платья, которое Каролина собиралась надеть на бал у Менендесов.
У Розы в эти дни в салоне было особенно много работы. По случаю бала Роза получила от благотворительного оргкомитета большой заказ. Нужно было подготовить растения в горшках и вазах для холла, лестницы, двух гостиных — большой и малой — и столовой, где должны были подавать ужин а ля фуршет. Кроме того, на этом вечере организационный комитет собирался вручать ежегодные призы за благотворительность, и каждому награжденному надо было подготовить персональный букет. Все это шло помимо повседневной работы и рядовых заказов, полученных еще раньше. Так что в салоне Розы Дюруа все с ног сбились, начиная с самой хозяйки.
В этот день Роза решила даже не ходить обедать, чтобы сэкономить время, а выпить кофе в своем кабинете. Как раз в это время заскочила ненадолго ее подруга Консуэло и составила ей компанию.
Консуэло выглядела посвежевшей и радостной. Поэтому Роза удивилась, когда подруга призналась ей, что почти неделю была нездорова и пролежала в постели.
— Замучила меня боль в спине, не могла разогнуться, несколько дней не вставала.
— Ой, бедняжка, — посочувствовала Роза. — Как же ты с Луисито управлялась?
— Знаешь, Хосе Луис мне здорово помогал.
— Да что ты говоришь! — удивилась Роза. — А ты на него все время жаловалась.
— Да, было дело, — улыбнулась Консуэло. — А вот как меня прихватило, он всех дружков забросил, даже дела отложил, какие можно, и вокруг меня чуть не на цыпочках ходил, ухаживал, все думал, чем бы меня порадовать.
— Смотри, какой молодец, — сказала Роза. — Выходит, все у вас наладилось?
— Да уж я боюсь сглазить, — ответила Каролина, — но пока вроде неплохо, грех жаловаться.
— Я очень рада за вас, — вполне искренне сказала Роза. Ей было так приятно слышать, что хоть у кого-то из окружающих дела идут на лад. В последнее время она столкнулась с таким грузом проблем, что иногда ей казалось, что она не выдержит и свалится под его тяжестью.
Не успела она проводить Консуэло и приняться за работу, как позвонила Лаура.
— Розита, — сказала она почти плачущим голосом. — Мне так плохо, я вся исстрадалась. Мне очень нужно тебя сегодня увидеть. Пожалуйста, приходи ко мне вечером.
— Хорошо, Лаура, приду. Я, правда, думала, что задержусь сегодня допоздна, но я эти дни так много работаю, что мне надо сделать небольшой перерыв. Уйду сегодня с работы пораньше.
В назначенный час Роза подъехала к дому Лауры. Она вошла в квартиру и с облегчением почувствовала, как ей самой было необходимо оказаться рядом с близкой подругой, которой она доверяет и с которой ей не нужно притворяться.