Прогудел рожок, призывая всех к ужину, и очаровательная компания, в которой помимо Кэмпбеллов было еще шестеро детей, собралась за длинным обеденным столом, где ждали горы яств и несказанное радушие. Робеть и стесняться здесь было просто невозможно, потому что вихрь восторга быстренько сдул крахмал даже с самых несгибаемых и развеселил самых грустных. Матушка Аткинсон – так звали хозяйку – оказалась жизнерадостнее всех, хотя все время хлопотала: бегала подложить детям еды, принести новое блюдо, выгнать скотину за дверь – а животные здесь оказались общительные, жеребенок явился прямо в дом и потребовал сахара; кошки расположились у людей на коленях и умильно заглядывали в тарелки, пестрые курочки склевывали крошки с пола и дополняли беседу бодрым кудахтаньем.
После ужина все пошли смотреть закат и вернулись в дом только после того, как последние дивные сполохи красного погасли и комары завели свою докучную песню. Новоприбывших поразили звуки фисгармонии, и, войдя в гостиную, они обнаружили, что папаша Аткинсон премило играет на небольшом инструменте собственного изготовления. Дети сгрудились вокруг и прелестно пели – запевалами выступали музыкальные сестрички, однако кончилось дело тем, что Нося уснула за дверью, а Джейми громогласно зевнул прямо посреди своей любимой песенки:
Путешественники постарше тоже притомились, вместе с маленькими «отправились на боковую» – и прекрасно выспались на домодельных простынях и на соломенных матрасах работы матушки Аткинсон, которая, похоже, добавила в них какое-то сонное зелье, потому что спалось всем на удивление крепко и сладко.
А на следующий день началась для них здоровая жизнь на свежем воздухе, которая способна творить чудеса с перетруженной головой и ослабленным телом. Погода стояла отличная, дети на горном воздухе стали проворными, как ягнята, а взрослые не переставали улыбаться друг другу и повторять: «Ну разве здесь не прелестно?» Даже Мака, «тютю», застукали за тем, что он прыгал через изгородь – просто не смог устоять; а когда Роза бросилась за ним в погоню в своей широкополой шляпке, он ответил ей дерзким предложением отправиться в лес и поохотиться там на дикую кошку.
Джейми и Носю тут же включили в состав легкой пехоты «Уютного уголка», славного воинского отряда, состоявшего из одних офицеров: все они носили береты набекрень, размахивали знаменами, потрясали мечами и били в барабаны. Даже самый бездушный зритель ахнул бы, завидев, когда этот великолепный отряд маршем выходит со двора при полном параде и капитан Клинтух, серьезный большеголовый парнишка одиннадцати лет, с генеральской суровостью чеканит приказы, которые уморительный отряд выполняет с большой готовностью, но без особого умения. Малыши из семейства Снегс управлялись очень хорошо, а на лейтенанта Джека Клинтуха просто приятно было посмотреть, равно как и на Барабанщика Фрэнка, в обычной жизни – мальчика на побегушках: он действовал барабанными палочками во всю широту своей души. Джейми и раньше уже «упражнялся», поэтому его сразу произвели в полковники; но изумительнее всех оказалась Нося – она сорвала громкие аплодисменты зрителей, маршируя в хвосте колонны: беретка сдвинута на один глаз, флаг закинут за плечо, деревянный меч поднят над головой; лицо ее так и сияло, кудряшки плясали от восторга, а пухлые ножки безуспешно пытались по-военному держать шаг.
Мак с Розой собирали в кустах ежевику, и тут мимо них прошел, не заметив их, грозный отряд, так что им удалось стать свидетелями зрелища одновременно и трогательного, и комического. Чуть дальше находилось семейное кладбище – вещь в тех местах обыкновенная, рядом с ним капитан Фред Клинтух отдал приказ остановиться, а причину остановки объяснил таким образом:
– Тут кладбище, когда мимо идем, полагается барабанный бой прекратить и опустить флаги, да и береты, наверное, лучше снять: так оно будет уважительнее.
– Правда, они умнички? – прошептала Роза, когда отряд малышей прошествовал мимо – барабаны рокочут чуть слышно, знамена и мечи свисают до самой земли, головки непокрыты, а детские личики, испещренные тенью листвы, необычайно серьезны.
– Пойдем следом, поглядим, что они задумали, – предложил Мак: сидеть на стене и есть собранную Розой ежевику было, конечно, приятно, но быстро прискучило.
Они пошли следом и услышали, когда кладбище осталось позади, что музыка оживилась, знамена заполоскались на ветерке, а отряд втянулся в обшарпанную старую церковку, стоявшую на пересечении трех проселочных дорог. Потом раздались звуки пения, заставившие наблюдателей ускорить шаг, и вот, подкравшись поближе, они заглянули в разбитое окно.