Решено? Сделано!
Сдала квартиру квартирантам и поехала в Эстонию к датчанину.
Вернулась через восемь месяцев. Не зря, видно, про эстонцев анекдоты рассказывают. Про «горячих» парней. Не зря, видно говорят, что у иностранцев совсем другой менталитет. И нравы в Дании совсем не похожи на наши нравы. Увы…
Роза понимала, что ни Эстония, ни Дания не виноваты в том, что один, отдельно взятый датчанин с маленьким бизнесом в Эстонии, не подошел ей для совместной жизни. Да и она ему, пожалуй, не подошла. К красоте привык быстро, а то, что все в Розе считали обаянием, он воспринимал, как неумение себя вести.
Более, чем странный иностранец попался Розе, честно говоря.
Но Роза, безусловно, и это пережила.
Оставалось одно «Но». Квартиру Роза сдала на два года, с работы уволилась, деньги от сдачи квартиры потратила на жизнь в Эстонии. Бизнес у датчанина был совсем малым, если можно так сказать.
Роза вернулась в свой город, понимая, что деваться, в принципе, некуда. Квартира сдана. Денег нет. На работу за один день не устроишься.
Поехала с Лиле с чемоданом и разбитым сердцем.
- Возьмешь пожить на недельку? – спросила Роза, когда Лиля наливала ей, замерзшей внутри и снаружи, заброшенной всеми, горячий чай, - Мне бы на работу устроиться и до первого аванса дожить. И все.
- Конечно! – Лиля приобняла ее, - Без вопросов. Живи сколько нужно.
- Ты, может, это самое… у мужа спроси? Не против ли он?
- Он не против, - Лиля улыбнулась, - Он не будет против. Место у нас есть. Устраивайся.
- Ты все-таки спроси. А то неудобно получается. Свалилась на голову.
- Хорошо, спрошу. Но ты не волнуйся. Левушка не будет против.
Конечно, Левушка был не против. Раз так хотела Лиля.
Роза осталась у них. Бегала по собеседованиям, созванивалась со старыми друзьями, восстанавливала прежние связи, искала риелтеров, чтобы снять комнату… И наблюдала за тем как жили Лилия и Лев.
А жили они на редкость дружно и мило. Без пафоса. Без показухи. Без шума и блеска. Наверное, все окружающие думали: ну пара себе и пара. Не более.
И только изнутри, живя с ними на одной территории, можно было заметить те тысячи мелочей, которые назывались одним словом – любовь.
Любовь, которую не сыграешь. Любовь, которую не купишь. Любовь, о которой не договоришься.
Роза любила их обоих и радовалась за Лилю и ее мужа.
И все-таки иногда где-то внутри «подсасывало»: у сереньких людишек такая и жизнь. Серенькая. Ты хочешь такой серенькой жизни, Роза? Нет, я хочу блеска и игрищ со зрелищами. Я-то ведь звезда! Оживлю хоть немного их тихое существование.
Перед отъездом в Эстонию Роза накупила себе кружевного белья с подвязками и шикарных пеньюаров. В них и красовалась теперь на маленькой кухне Лили и Льва. Лиля улыбалась, а Лев, казалось, вообще ничего не замечал.
- Как ты думаешь, почему у меня ничего не получается в личной жизни? – Роза спрашивала об этом Льва просто так, для поддержания разговора. Не без дружеского кокетства, конечно. Ждала, наверное, что он ответит что-нибудь насчет того, что… «ты слишком красивая, чтобы быть хорошей женой» или «Не родился еще тот принц, который тебе подойдет». То есть ждала, что он скажет что-то приятное, и после его слов покажется, что в целом все очень даже и закономерно. Причем, она, Роза, так прекрасна, что все мужчины просто не осмеливаются глаза как следует поднять на такую красоту.
- Не везет, наверное, - Лев пожал плечами, - Не встретила того человека, который полюбил бы по-настоящему.
Роза ждала, что кто-нибудь из них скажет: «Тебя трудно любить. У тебя высокие требования. Ты такая необыкновенная».
Лиля, как раз, понимала, чего ждет Роза и очень не хотела ранить еще больше. Пыталась подыграть.
- С такой внешностью тебе какой-нибудь президент нужен…
Лев опять пожал плечами, давая понять «а причем тут внешность?»
…Роза открыла дверь своим ключом, который ей вручили в первый день ее «гостевания». На улице шел дождик, на собеседовании ей опять сказали что-то вроде «мы подумаем» еще, один из прежних знакомых, с которым она была не против возобновить знакомство, как оказалось, недавно женился, пора было «обновить» стрижку, а Роза не привыкла делать это в дешевенькой парикмахерской, и это раздражало. Роза бежала «домой», в тепло, на маленькую кухню, понимая, что иногда блеск совершенно не нужен. А нужно вот это, неуловимое: теплый дом, домашнее «как дела?», «хочешь добавки?», «что будем смотреть? Хочешь – переключай». И все. Никаких хрустальных бокалов, платьев с голыми плечами, загадочных взглядов кавалеров, которые оказываются женатыми, игр с перстнями и так далее…