После встречи с Жан-Пьером Анри и Симона долго обсуждали его странные слова.
— Может, она просто поругалась с родителями? Или каким-то образом испортила себе репутацию и скрылась от скандала? — предположила Симона.
Анри посмотрел на нее как на больную.
— Ты можешь представить себе Дульсе в таких ситуациях?
Симона отрицательно покачала головой.
— Вот то-то и оно... — Анри вздохнул. — Здесь что-то другое. И об этом знает только Жан-Пьер. У Дульсе есть какая-то тайна... Почему она доверила ее не нам а этому прохвосту?
— Почему ты так ненавидишь его? — спросила Симона. — Ведь даже Дульсе не питает к нему зла.
— Еще бы! Она же боготворит его. А этот репортеришка, играя с ней в романтическую страсть, благополучно жил со своей подружкой. А та решила подарить ему бэби. Ясно?
Симона посмотрела на него широко открытыми глазами.
— Так за что же его осуждать? Ведь... если... ты вдруг полюбишь другую, а я... Разве ты меня бросишь? — У нее задрожали губы.
— Глупышка, — притянул ее к себе Анри. — Ты же совсем другое дело.
— Ох, Анри, — вздохнула Симона. — Легче всего судить се стороны. Я думаю, нам надо встретиться с Жан-Пьером и спокойно все выяснить.
— Не горю желанием его снова увидеть.
— Тогда я сделаю это сама, — твердо сказала Симона.
— Только попробуй!
— Подумай о Дульсе. Помнишь, как испугался Жан-Пьер? Возможно, ей нужна помощь.
— Ну ладно... - внял ее доводам Анри. — Только ты сюда не суйся. Это мужское дело.
Жанетт порхала по квартире, готовясь к встрече Жан-Пьера, и громко напевала. Она поминутно поглядывала на себя в большое зеркало, висящее в простенке между кухней и столовой. Как она преобразилась! Может, стоит и на сцену выходить в таком виде? В этом окраинном баре ее новый облик будет ближе, ведь там собирается в основном молодежь. Несколько новых песенок поживее, чтобы зажечь публику, — и ей обеспечен грандиозный успех! Тогда не стыдно будет и знакомых позвать на свое представление. А то после статьи Жан-Пьера приятели наперебой кинулись ее поздравлять, выражая желание прийти на концерт, а ей пришлось уклончиво врать, что они ищут новое помещение. Потом — мнимая болезнь. А что она скажет им завтра?
«Новая звезда взошла на окраинах парижского небосклона», — написал по ее требованию Жан-Пьер.
А Жанетт только в редкие вечера получала аплодисменты. Ей мечталось о громогласной овации, о горах букетов у ее ног, о толпах поклонников у входа. К тому же, сменив стиль, она вполне сможет рассчитывать на съемку на телевидении в молодежной музыкальной программе. Ведь у Жан-Пьера есть друзья как раз в молодежной редакции. Как же она раньше не догадалась!
Она засунула купленное шампанское в морозильник, красиво разложила на блюдах листья салата, фрукты, сыр. Довела до золотистой корочки запеченное в духовке мясо с овощами. Сегодня все спорилось у нее в руках. А ведь обычно Жанетт через силу плелась на кухню, заставляя себя разыгрывать роль примерной хозяйки.
Она накрыла на стол в гостиной, включила томную музыку и с наслаждением затянулась сигаретой.
В замке заворочался ключ.
Наконец-то! Жанетт приняла позу поэлегантнее, небрежно перекинула ногу через подлокотник кресла и с выжидающей улыбкой уставилась на дверь.
— Собирайся! — угрюмо сказал из прихожей Жан-Пьер. — Я отвезу тебя в больницу. У меня срочная командировка.
Он вошел в гостиную и удивленно посмотрел на роскошно убранный стол. От его опытного репортерского взгляда не укрылась ни одна мелочь. Он сразу отметил дымящую сигарету в пепельнице, недопитый бокал с вином на подлокотнике кресла, изменившийся облик Жанетт и в первое мгновение испытал необыкновенное облегчение и даже радость оттого, что она больше не нуждается в уходе. Хоть одной проблемой меньше.
Жан-Пьер плохо разбирался в тонкостях женского организма. Токсикоз у Жанетт начался так внезапно и, видимо, так же внезапно прекратился. Ничего странного, что она решила закатить на радостях пир.
— Тебе лучше? — Он ухватил по пути с блюда кусочек сыра и направился в кабинет.
— Мне просто великолепно! — Жанетт с улыбкой глядела на него.
— Может, тебе все же не стоит курить?
— Это еще почему?
— Ребенку это, должно быть, вредно, — отозвался он из кабинета, копаясь в каких-то бумажках.
Жанетт ухмыльнулась про себя. Как точно она рассчитала. Он привык к мысли о наследнике и теперь заботится о его здоровье. Надо теперь как-то помягче объяснить ему, чтоб не надеялся.
— Знаешь, милый... — протянула она томно. — Я, кажется, немного ошиблась. Это был обычный нервный срыв. Но ты не волнуйся, — добавила она торопливо. — Мы обязательно заведем себе малыша. Как-нибудь в другой раз...