— Хочешь музыку, Лус?
— Блюз?
— Зачем? Можно послушать что-нибудь другое, более милое твоему сердцу.
Он включил магнитофон. Лус сразу узнала голос аргентинской певицы Мерседес Coca, которая покорила публику еще в прошлом году. У нее был низковатый, слегка надрывный голос, как у птицы, которую хотят посадить в клетку. Как Эдуардо все чувствует? Сейчас, в жаркий полдень, под неистово синим мексиканским небом, блюз был бы неуместен. Зато под мелодичные переливы Мерседес Coca не надо ничего говорить, можно просто слушать. Лус мельком взглянула на Эдуардо и почувствовала легкий озноб. Что он с ней делает, этот непонятный бизнесмен! Он почти не обращает на нее внимания, а она ощущает его присутствие каждой клеточкой.
Машина неожиданно затормозила. Они подъехали к большому парку. Почему неожиданно, разве она думала, что дорога в рай будет длиться вечно? Они вышли из машины и вступили в парк, словно перейдя невидимую границу, отделяющую неистовую жару от ароматной прохлады. Воистину, здесь был рай.
— Ты не голодна, девочка?
— Конечно, нет. — Ах эти мужчины, подумала Лус, они никогда не забывают о еде.
— А я бы перекусил. Надеюсь, ты составишь мне компанию. Можешь выпить сока или кока-колы.
Эдуардо повел ее через парк к небольшому открытому кафе. Немногочисленные посетители беззастенчиво оглядывали их. Сидящий за крайним столиком красавец с бархатными глазами откровенно уставился на ноги Лус. Какой красивый парень, но какой развязный. Лус сознавала свои достоинства и не нуждалась в подтверждении. И потом его рубашка не выглядела свежей, ей не нужно внимание этого наглеца, который не умеет следить за собой. Тут она заметила настойчивый взгляд рыжеволосой барышни, устремленный на Эдуардо. Барышня переменила позу, выставив напоказ загорелые ноги. Она даже не скрывала своего внимания, призывно улыбаясь. Лус не без легкого раздражения отметила, что рыжеволосая хороша собой, и платье на ней белое, не скрывающее стройных форм, и шея точеная, обхваченная коралловым колье. Лус даже забыла о красавце с бархатными глазами, заметив, что Эдуардо поглядывает на рыжеволосую. Почему он не обращает внимания на этого нахального типа, который не отрывает взгляда от Лус, изучая ее бедра и грудь.
Лус села за столик, пытаясь даже осанкой выразить чувство собственного достоинства. Пусть теперь сеньор Эдуардо добивается ее внимания, раз любая смазливая девица вызывает его интерес.
— Лус, что-то не так?
— Мне неприятно, что меня изучают, как картину.
— Тебя это удивляет? Ты никого не можешь оставить равнодушной. Пожалей бедных мужчин, они не каждый день видят такую красавицу.
— Почему? По-моему, девушка за соседним столом довольно мила.
— Она слишком старается это продемонстрировать, и в этом ее беда.
— Кажется, она тебя оценила.
— Ты хочешь, чтобы я ее отблагодарил? И потом, ты преувеличиваешь.
— Посочувствуй этой девушке, Эдуардо. Она не каждый день видит таких элегантных мужчин, как ты.
— О, ты способная ученица. Это вселяет надежду.
Эдуардо принялся за салат из авокадо. Лус потягивала сок, невольно ловя взгляды того парня, который просто приклеился к ней своими черными глазами.
— Эдуардо, давай поскорее уйдем отсюда.
— Он тебя утомил?
— Кто?
— Этот красавец. — Значит, он все-таки заметил.
— Я хочу побыть с тобой без посторонних взглядов.
— Меня это устраивает. Ты позволишь мне допить кока-колу? Я тебя не задержу. А в случае необходимости набью этому типу морду.
— Тогда ты не попадешь в рай. Эдуардо улыбнулся.
Они снова вошли в парк, и он обнял ее за плечи. Лус почувствовала, что иного не должно и не могло быть. Эдуардо подвел ее к небольшому пруду, и Лус опустила руки в воду, полоща ладони. Вдруг Эдуардо, наполнив пригоршни, плеснул на ее платье. Лус остолбенела от неожиданности.
— Тебе нужно переодеться, Лус.
— ???
— Здесь рядом есть небольшой пансион. Поспешим туда, в таком виде ходить неприлично.
— Зачем ты это сделал?
— Извини, не рассчитал. — В его глазах бегали лукавые искорки.
— Платье сейчас высохнет.
— Я хочу побыть с тобой без посторонних. Невыносимо, когда на тебя глазеет каждый встречный.
— Ты же говорил, что им надо посочувствовать.
— Я сочувствую, но сейчас не хочу видеть никого, кроме тебя.
Глаза Эдуардо затуманились. Он взял девушку за руку и властно повел за собой. Вот так идут в рай, подумала Лус. Она не сопротивлялась и чувствовала, что сейчас должна повиноваться. Он все знает лучше, он не ошибается, он мужчина. Одуряюще пахли цветы, а высоко-высоко над головой простиралось ослепительно-синее небо.