— Гораздо меньше, я тебя уверяю. Я тебе дам почитать на эту тему статью из последнего номера феминистского журнала из Штатов. Там это доказано с привлечением математических выкладок и таблиц.
Лус совсем прыснула со смеху.
— Так что же, мне теперь к каждому новому знакомому подходить с этими выкладками и таблицами?
Инес внимательно посмотрела на нее.
— Совсем нет. Просто ты не должна спешить. Не должна думать, что какой-нибудь очередной Пепе или Панчо — это твой последний шанс.
— А что я должна думать? — с любопытством спросила Лус.
— Ты ничего не должна. Ты просто живи так, как ты считаешь нужным, а не мама или тетя Кандида...
— Мама как раз хочет, чтобы я не торопилась замуж, а училась.
— На этот раз я согласна с сеньорой Линарес. Я, например, торопиться не собираюсь. Скажи, Лус, разве не лучше жить пока самыми разными интересами и знать, что у нас есть возможность выбора?
— Может быть, ты и права, — задумчиво сказала Лус. Эти слова подруги запали ей в память. В этом году то одна, то другая из школьных подружек сообщала ей о своей помолвке и знакомила с женихом, но пока еще Лус ни разу не встретила молодого человека, с которым ей бы захотелось провести рядом всю жизнь.
И вот теперь Пабло Кастанеда. Отрицать его очевидные достоинства Лус не могла. И все же, вспомнив тот разговор с Инес, она решила, что торопиться и вправду не следует. В конце концов, Пабло учится в Мехико, и у них еще будет возможность увидеться.
В этот раз Пабло был в открытой рубашке без галстука и в джинсах, и он показался Лус еще менее солидным, чем накануне, чуть ли не мальчишкой. Когда он увидел Лус, лицо его просияло.
— А что, твоя сестричка с нами не пойдет? — на всякий случай спросил он.
— Да нет, она что-то устала и решила остаться в гостинице.
— Надеюсь, нога ее больше не беспокоит? А то я могу зайти и проведать ее.
Лус сообразила, что именно в этот день показывать Дульсе врачу не следует, и поспешно заявила:
— Да нет, все в порядке. Она просто плохо спала ночью в теперь решила отдохнуть.
— Ну, как хочешь, — сказал Пабло. — Я хотел тебе предложить прокатиться на машине до старого города, а потом пройтись пешком.
— Подходит, — сказала Лус.
Пабло уже не в первый раз был в Акапулько и довольно хорошо знал его старинную часть. Он повел Лус по извилистым улочкам, где роскошные колониальные особняки перемежались с антикварными лавочками, где торговали керамикой, стеклянными и фарфоровыми безделушками, бесконечными кожаными поясами и сумками и множеством других подобных вещей. Лус, которую слегка мучила совесть из-за того, что сестра осталась одна в гостинице, захотелось купить Дульсе какой-нибудь сувенир на память об Акапулько. Вспомнив о коллекции кукол в национальных костюмах, которые собирала Дульсе, Лус купила куклу, изображающую индианку, ткущую ковер. А на память о вчерашнем вечере она выбрала миниатюрное изображение скалы вместе с крепостью и рестораном «Торре дель Кастильо», выполненное из какого-то особого минерала, который менял свой цвет с голубого на розовый в зависимости от погоды. «Наверняка Дульсите будет приятно получить такой подарок», — подумала Лус.
В этот момент она увидела, что Пабло нерешительно смотрит на нее.
— Ну что, куда теперь? — спросила она с веселым видом, чтобы подбодрить его.
— Ты знаешь, Лус, — начал Пабло каким-то неуверенным тоном, — по этой улице можно дойти до мастерской моего отца. Самого его нет дома, но он дал мне ключ, и мы могли бы зайти и посмотреть его работы.
Лус задумалась. С одной стороны, она немедленно вспомнила наставления, еще в детстве услышанные от Томасы, о том, что девушка не должна идти в гости к одинокому мужчине. С другой стороны, она никогда не была в мастерской художника, и ей, конечно, лестно было бы при случае упомянуть о таком знакомстве. Она еще раз посмотрела на Пабло. У него был такой положительный вид, что
Лус решилась:
— Хорошо, Пабло, я с удовольствием. А твои отец не будет возражать?
— Да нет, что ты, он сам дал мне ключ и разрешил приводить знакомых, — горячо сказал Пабло.
— Ну хорошо, пойдем, — сказала Лус. — Только не очень надолго.
— Пойдем, — радостно повторил Пабло. — Здесь близко, всего три квартала.
Они отправились и продвигались не очень быстро, потому что Лус по-прежнему приклеивалась к витринам лавчонок, а иногда и заходила внутрь, так что Пабло с трудом сдерживал свое нетерпение. Наконец они дошли до довольно современного большого дома и стали подниматься по лестнице. На третьем этаже Пабло остановился.