«Неужели это случилось и с Дульсе!» Розе казалось, что она вот-вот потеряет сознание. Мысль о том, какому унижению, возможно, подверглась ее девочка, была непереносима.
— Нужно что-то делать, — решительно сказал Рикардо. — Я свяжусь с полицией Акапулько. Есть слабая надежда, что на преступников может вывести мольберт, но скорее всего они его бросили.
— Ты думаешь поймать этих воров? — спросила Кандида, которая так и не догадалась, о чем думают все остальные.
— Да, — ответил Рикардо, — я собираюсь поймать преступников. По крайней мере, я приложу все усилия, чтобы это сделать.
— Хорошо бы расспросить у Дульсе, где это произошло, — сказала Роза. — Но я не знаю, захочет ли она говорить. Видно, что она перенесла такое ужасное потрясение.
— Может быть, с ней поговорит духовник Кандиды дон Игнасио? — предложил Рикардо.
— Я думаю, не стоит мучить девочку, — сказала Томаса. — Она и так много перенесла. Я постараюсь поговорить с ней по душам, может быть, она расскажет мне что-нибудь. А вы, Рикардо, лучше не приставайте к ней с расспросами, вы только будете лишний раз мучить бедняжку.
— Не понимаю, о чем вы! — пожала плечами Кандида. — Ну, украли мольберт, с кем не бывает. У меня вот тоже весной на базаре срезали сумочку, а была потрясена. И ничего, как видите, я это пережила. — Все переглянулась, а Кандида взяла еще одну сдобную булочку.
— Ты заходил к ней? — спросила Роза, поднявшись наверх.
— Да, — ответил Рикардо. — Она спит. Я надеюсь, депрессия скоро пройдет.
— Надо бы под каким-то предлогом показать ее врачу, — задумчиво сказала Роза. — Я что-нибудь придумаю.
— А я завтра утром первым делом свяжусь с Акапулько. Наша фирма имеет там свой филиал. Пусть немедленно соединят меня с местной полицией.
— Ты считаешь, что этих мерзавцев могут найти? — спросила Роза.
— Если есть хотя бы один шанс, я хочу им воспользоваться, — твердо сказал Рикардо. — Попался бы мне этот подонок, который посмел поднять руку на мою дочь... живым бы он не ушел! Но найти его может сейчас только полиция. У нас есть пусть слабая, но зацепка — мольберт. Он может вывести нас на преступников.
Если бы только Рикардо знал, что выйдет из его затеи, он бы немедленно отказался от нее, но, к сожалению, Дульсе и Лус молчали.
Постепенно все входило в свою колею. Дульсе начала ходить в Академию, и ее настроение улучшилось. Роза под предлогом того, что каждой женщине минимум раз в год нужно обследоваться у всех врачей, сводила Дульсе, а заодно и Лус к гинекологу, который успокоил ее, сказав, что с девочками все в порядке, и даже если на них было совершено нападение, изнасиловать Дульсе они не смогли.
Роза несколько раз стороной пыталась выяснить то у Дульсе, то у Л ус, что же именно произошло в Акапулько, но сестры твердо держались своего не очень убедительного рассказа. Однако Роза была уверена, что девочки чего-то не договаривают, слишком уж заученно они повторяют свою историю — все время одними и теми же словами, без всяких новых подробностей. Роза даже уговорила духовника Кандиды дона Игнасио поговорить с Дульсе, но и у святого отца также ничего не получилось.
— Она замкнулась в своем горе, донья Роза, — грустно качал головой старый священник. — Подождите, пусть пройдет время, Дульсита еще очень молода, вы еще все узнаете, поверьте. Главное сейчас — ни на чем не настаивать, не торопить события.
— Но падре, — ломала руки Роза, — я же должна знать, как ей помочь!
— Помочь ей сейчас может только спокойная жизнь, — отвечал дон Игнасио, — любимое дело, родная семья. Окружите ее заботой и вниманием, но ради всего святого ни о чем не выспрашивайте, ни о чем не напоминайте — это будет для Дульситы лучшим лекарством.
Роза послушалась совета старого священника и перестала спрашивать Дульсе о том, что случилось в Акапулько. Действительно, постепенно девочка начала приходить в себя. Она увлеченно училась, рисовала, ходила на выставки и к друзьям. Ее поведение изменилось, пожалуй, только в одном — Дульсе теперь никогда не выходила после наступления темноты.
Рикардо, как и обещал, на следующий же день после возвращения дочерей связался с филиалом своего агентства в Акапулько, где ему дали телефон комиссара местной полиции сеньора Гарбансы.