Гонсалес вздохнул. К сожалению, эту истину он не мог пропагандировать публично, да и убеждать в ней некоторых «прекрасных дев» оказывалось не так-то просто особенно теперь, когда он стал старше. И все же почему бы не прочесть небольшую проповедь этой Лусите Линарес? Она как будто не похожа на набожную святошу.
Доктор Гонсалес припарковал свою машину у дома, где сдавались роскошные квартиры, и медленно, с чувством собственного достоинства, стал подниматься наверх. Он проживал здесь с сеньорой Ренатой Гонсалес, которую представлял всем как свою жену. У Вилмара Гонсалеса действительно когда-то была жена, она и сейчас жила в каком-то небольшом бразильском городке, откуда родом был и сам Гонсалес. Но с той женой он не виделся по крайней мере лет тридцать, хотя так никогда и не оформил с ней официального развода.
После этого у Гонсалеса было несколько «жен», с которыми на людях он всегда вел себя с подчеркнутым уважением и даже почтением. Особенно это показное уважение усилилось после того, как Гонсалес стал профессиональным проповедником. Его почитателям было невдомек, что зачастую, переезжая в другую страну, он появлялся там уже с новой женой, которую тем не менее всегда выдавал за первую и единственную женщину в своей жизни.
Ренату он встретил лет десять назад как раз в Мехико, он собирался перебираться с проповедями на пару лет в Перу, и его предыдущая «жена», капризная, хоть и очень привлекательная женщина, не захотела, как она выражалась, «хоронить себя в этой дыре». И тут Гонсалесу встретилась Рената, она была в меру хорошенькая и работала в те времена в ночном кафе «Твой реванш». Она с радостью согласилась оставить эту работу, чтобы в белом платье с крылышками выступать перед восхищенными индейцами Перу.
Рената оказалась для Гонсалеса настоящим кладом. Она слушалась его, делала все, что он хотел, не влезала в его дела и не обращала внимания на его новых «ангелочков». Она считала своего «мужа» святым человеком, почти полубогом, для которого оскорбительны подобные подозрения. То, что когда-то он стал обращать внимание на нее и сделал ее своей любовницей и до сути гражданской женой, нисколько не нарушало ее веры в невероятную возвышенность этого человека. И в этом нет ничего удивительного, люди часто проявляют поразительную слепоту, когда не хотят видеть то, что им было бы неприятно.
При этом сам Гонсалес обращался с Ренатой немного свысока. Он твердо, но совершенно спокойно добивался от нее полного послушания. Разумеется, о том, чтобы он повысил на нее голос и тем более поднял руку, не могло быть и речи, в арсенале Вилмара Гонсалеса были другие, на самом деле куда более действенные методы. Он мог, например, уйти в себя и некоторое время не разговаривать и вести себя так, как будто Ренаты вообще нет в комнате, и продолжал вести себя так до тех пор, пока отчаявшаяся женщина, которая просто не могла этого выносить, не делала то, чего требовал муж.
К тому же она была хорошей хозяйкой, готовой день и ночь резать салаты, жарить морковные котлеты, давить соки и выдумывать все новые вегетарианские блюда.
С ролью ангела ей, разумеется, пришлось расстаться, для выступлений в Мехико Рената не подходила — здесь ее могли случайно узнать, да и возраст у нее был уже не ангельский. Но бросать ее Вилмар вовсе не собирался. Если какая-то женщина на свете и устраивала его в качестве жены, то только покорная, боготворившая его Рената, удачно совмещавшая функции любовницы и служанки.
Вот и сейчас она ждала его: стол был красиво сервирован, были приготовлены его любимые вегетарианские блюда, стояла бутылка с минеральной водой, кувшин свежего апельсинового сока.
Тщательно помыв руки, Вилмар вытер их белоснежным полотенцем и сел за стол. Он не спеша заправил за воротник крахмальную салфетку и прочел молитву. Затем неторопливо стал обедать.
— Ну как прошла проповедь? — спросила его Рената.
Неплохо, — кивнул головой Гонсалес. — Кстати, сегодня пришла еще та девушка с красивым голосом, которую я хотел привлечь с самого начала. Очень талантливая певица, Лус Мария Линарес.
— Линарес? — переспросила Рената. — Она из Мехико?
— Да, — кивнул головой Вилмар. — А что? Тебе что-то говорит это имя? — Он внимательно посмотрел на сожительницу.
— Не знаю, — замялась Рената.
Десять лет назад, даже больше, когда она была девушкой из «Твоего реванша», у нее был постоянный клиент, которого звали Рикардо Линарес. Возможно, это его дочь? Но в Мехико много людей носит эту фамилию, так что это разумеется, совпадение. Ренате не хотелось липший раз напоминать Вилмару о тех временах, тем более что он сам был частенько не прочь напомнить ей о том, «откуда он ее вытащил».