И Жан-Пьер всю ночь терзал Жанетт, доказывая себе, что он так же горяч, и злясь на Дульсе.
Жанетт теперь порхала по квартире умиротворенная и вслух обдумывала меню.
— Как ты думаешь, любимый, если добавить в томатный суп стручковый перец, будет похоже на их кухню?
— Что ты выдумываешь? — раздраженно сказал Жан-Пьер. — Возьми «Кухню народов мира» и выбери себе рецепт.
— Ох, какой ты у меня умница! Как я сама не догадалась! — Жанетт присела на ручку кресла и возбуждающе задышала ему на ухо: — Ты был сегодня такой страстный... Я тебя тоже очень-очень люблю...
Жан-Пьер поднялся и взял куртку.
— Только мне кажется, что ты зря стараешься. Дульсе вряд ли придет.
— Почему?
— У нее много занятий.
— А ты приведи! - капризно сказала Жанетт. —Почему ты не говорил мне, что у тебя есть знакомые в Мексике? Я так мечтаю съездить в Акапулько, посмотреть эти их... сьерры... и всякие древности...
— Возьми путевку и слетай, — ответил Жан-Пьер.
— Нет, путевка — это слишком дорого. Там все отели пять звездочек. Мы же не миллионеры, — резонно рассудила Жанетт.
Жан-Пьер совсем не хотел заезжать за Дульсе. Он просто вернется вечером и скажет, что Дульсе отказалась от визита. И к Школе изящных искусств он не подъехал в привычный час, наворачивал по городу круги. И как-то незаметно оказался прямо перед Дульситиным домом.
«Ладно, поднимусь для очистки совести», — решил он.
Но, к его удивлению, Дульсе была уже готова. Она надела яркое платье и тщательно уложила разлохмаченную стрижку. На шее и запястье красовались одинаковые толстые плоские золотые цепочки, украшенные подвесными рубинами, как капельки крови.
— Входи же, я сейчас, — встретила она его как ни в чем не бывало. — Вы меня вчера искали? Прости, я завернула в какую-то арку и нечаянно заблудилась. Было так темно... — Она обезоруживающе улыбнулась и достала из ящичка видеокассету. — Это записи моей сестры. Надеюсь, ты не проболтался, что у меня есть сестра?
— Пока нет.
— Умничка. Ты не против, если мы немного разыграем твою подружку? Наверное, у нее масса достоинств, но, ей-богу, моя сестра поет лучше. — И опять очаровательно улыбнулась.
Жан-Пьер смотрел на нее пораженный. Что за перемена? Забияка в джинсах превратилась в кокетливую девушку. Дульсе была похожа на яркий экзотический цветок. На орхидею... Точно! Дикая орхидея... Жан-Пьер кашлянул — что за чушь лезет ему в голову?
— Ладно. Поехали, — буркнул он.
Жанетт накрыла стол по всем правилам, с крахмальными салфетками, несколькими вилками и бокалами у каждого прибора.
Жан-Пьер с подозрением глянул на стол. В центре красовалось блюдо с какими-то блинчиками.
— Это тортильяс! - торжественно объявила Жанетт.
Дульсе поставила кассету в видеомагнитофон и уселась за стол.
— А где рыба? Ведь эта вилка для рыбы, — с недоумением сказала она.
Вот когда пригодились уроки тетушки Кандиды, поклонницы всяких столовых церемоний.
— Рыбы нет. А что, нужна была рыба? — растерялась Жанетт.
— Нет. Просто тогда не нужна вилка.
Жанетт закашлялась.
— Милый, плесни мне немного тоника.
— Это бокал для шампанского, — ледяным тоном, похожим на тетушкин, сказала Дульсе. — Тоник положено сюда. Это тортильяс? — Она подняла бровки, продолжая свою экзекуцию.
— Все по рецепту, — торопливо сказала Жанетт, жалобно глядя на Жан-Пьера.
Он был невозмутим внешне, но внутри у него нарастало изумление с каждой новой репликой Дульсе. Вот чертовка! Откуда такое отменное воспитание? Не девушка, а бездонный колодец с сюрпризами.
— Ну, в общем, отдаленно напоминает, — милостиво изрекла Дульсе, прожевав кусочек.
Она решила дать Жанетт передышку, ведь главный удар впереди.
— Ну что, будем смотреть? — спросила она. — Правда, запись не очень удачная. Так, черновая репетиция. Но вы, как профессионал, поймете.
Несколько песен в исполнении Лус заставили Жанетт раскрыть рот от удивления. Еще бы! Такой звонкий голосок один на всю Мексику.
На кассете были подобраны несколько народных песен, современные шлягеры, а напоследок — коронный номер Лус. Песня из репертуара Эдит Пиаф. Только вместо знаменитого похрипывания с придыханием Лус забиралась на самые верхние регистры. Эту песню она исполняла по-французски.