А Жанетт, чувствуя нарастающее отчуждение, бесилась от мысли, что Жан-Пьер уплывает из рук. Похоже, эта мексиканская гостья завладела его воображением. Жанетт скрипела зубами от злости, вспоминая пережитое унижение. Эта девчонка обставила ее по всем статьям. Откуда она свалилась на ее голову?
Жанетт аккуратно навела справки у старых приятелей Жан-Пьера и выяснила, что у него никогда не было знакомых в Мексике. Значит, соврал! А соврал — значит, есть что скрывать. Ну ничего, она так просто своего не упустит. Она не покажет вида, что ее это задевает, и не даст Жан-Пьеру повода для расставания. Ну держись, мексиканская завоевательница! Ты еще плохо знаешь Жанетт! Око за око, зуб за зуб. Она тоже умеет унижать. Теперь ее очередь посмеяться. Но сначала надо убедиться в том, что он встречается с этой соплячкой, выяснить, где она живет, а уж потом той мало места покажется.
Она учится рисовать? Прекрасно! У Жанетт в голове тоже мозги, а не солома. И Жанетт объехала на такси все художественные учебные заведения. И наткнулась-таки на знакомый «ситроен». Прекрасно! Отныне здесь ее наблюдательный пункт.
В тот день Анри не пришел на занятия. Накануне он решил повыступать перед девочками и искупался в загородном прудике.
Теперь он лежал дома с компрессом на горле, тоскливо повесив свой длинный нос.
Дульсе и Симона вместе шли по улице после занятий. Жан-Пьер медленно ехал следом.
— От простуды очень помогает кактусовая водка с перцем, — говорила Дульсе.
— Где же мне взять кактусы? — улыбнулась Симона. — Я, пожалуй, куплю ему молока и вскипячу. Ты забежишь вечером?
Дульсе согласно кивнула, и Симона скрылась за дверью супермаркета, махнув на прощание рукой.
Ну наконец-то! Жан-Пьер поравнялся с Дульсе и распахнул перед ней дверцу.
— Может, объяснишь, что я такого сделал?
Она отвернулась и гордо пошла дальше.
— Послушай, разве восхищением можно обидеть?
— Можно, — на секунду притормозила Дульсе. — Когда оно адресовано не тебе.
— Ну садись, поговорим.
— Это теперь ни к чему.
Дульсе повернулась и отошла к магазину, делая вид, что рассматривает витрину. Жан-Пьер ждал у тротуара с распахнутой дверцей. Она видела в стекле отражение стоящего «ситроена».
«Ну поезжай, не мучай меня», — мысленно молилась Дульсе. Ей и так трудно удержаться, чтобы не броситься к нему.
Дульсе попыталась сосредоточиться на выставленных в витрине товарах - флакончики и шелковые шарфики были разбросаны на золотистых стеллажах с нарочитой небрежностью, имитируя легкий беспорядок в будуаре.
Какой-то парень остановился рядом и тоже принялся разглядывать витрину. Наверное, ищет подарок для своей девушки.
Дульсе повернула голову и едва не закричала от ужаса. Рядом с ней стоял тот самый мексиканец с густыми бровями. Господи, как хорошо, что Жан-Пьер не уехал! Она стремглав бросилась к машине и захлопнула за собой дверцу.
— Скорее! Умоляю! — задыхаясь, велела она Жан-Пьеру.
Он внимательно посмотрел на ее перепуганное личико и перевел взгляд на стоящего у витрины парня.
— Постой, это не ему мы обязаны нашей встречей? — спросил он.
— Да... — едва не плакала Дульсе. — Поехали, я боюсь! Он... Он убьет меня!
— Полагаю, что нам с ним надо выяснить отношения, — решительно сказал Жан-Пьер.
Дульсе не успела еще возразить, как он уже вылез из кабины и направился к парню.
— Что вам надо от моей девушки? — грозно спросил он. — Почему вы преследуете нас? Я запомнил вас у собора.
«Только бы не началась драка, — испугалась Дульсе. — Вдруг у этого бандита револьвер?»
— Вашей девушки? — Парень, казалось, слегка растерялся.
— Имейте в виду, я сумею ее защитить. И еще одно ваше появление на нашем пути кончится полицейским участком.
— Мне нравится ваша девушка, — сказал парень. — Но за это не забирают в полицию.
— Кто вы такой? У вас есть документы?
— Я нахожусь во Франции на законных основаниях. Я студент. Я изучаю право с Сорбонне. Мой отец в Мексике тоже адвокат. — Парень открыл свою сумку и извлек из нее «Свод законов римского права».
Дульсе со страхом наблюдала через закрытое стекло немую сцену их объяснения.
— Что ты ему сказал? Почему ты его отпустил? - набросилась она с расспросами на Жан-Пьера, когда тот сел обратно в машину, а парень, оглядываясь, побрел по тротуару.
— Видишь ли, дорогая, — с улыбкой сказал Жан-Пьер, — бандитам римское право как-то ни к чему. — И посерьезнел. — А почему ты так его боишься? Кто это собирается тебя убить?
— Никто, — торопливо ответила Дульсе.
— Если ты собираешься и дальше скрывать свои тайны и шарахаться от каждого угла, то имей в виду, что однажды меня может не оказаться рядом, — серьезно сказал Жан-Пьер.