Граф чуть склонил голову набок, бровь его еле заметно приподнялась, но улыбка никуда не исчезла.
– Мы почти не месте, дорогая. Если тебе нужно выйти…
– Нет-нет! Всё в порядке! – заверила его она, зардевшись.
Утро выдалось туманное и сырое, из кареты выходить не хотелось, и Розамунд подумала, что не так уж и устала в дороге и вполне не против остаться наедине с супругом чуточку дольше…
«Глупости какие! – Она мысленно хлопнула себя по щекам. – Только этого мне ещё не хватало!»
К счастью, муж не мог знать о её внутренних терзаниях, к тому же сейчас он смотрел не на неё, а в окно. Розамунд последовала его примеру, но за туманом почти ничего не видела. Тогда во что так пристально вглядывался граф?
Что бы там ни было, выяснить ей так и не удалось, потому что они выехали на дорогу, ведущую прямиком к имению. Сквозь белёсое полотно тумана с трудом проступали очертания деревьев по бокам, создавалось впечатление, что сейчас не поздняя весна, а поздняя осень. Розамунд почудился запах прелой листвы, однако он быстро прошёл.
Постепенно карета замедлила ход, а затем и вовсе остановилась. Туман здесь не был густым, и худо-бедно можно было рассмотреть Эррингтон-парк. И он был поистине огромен! Настолько, что его вполне можно было бы назвать дворцом. Это же сколько нужно слуг, чтобы содержать его в чистоте и порядке? Представить страшно! Неудивительно, что нынешнему графу потребовалось жениться на деньгах, столь внушительное строение определённо тянуло на себя немало средств. А если к этому добавить склонность Шерданов к транжирству…
– Добро пожаловать домой, дорогая!
– Спасибо, – ответила она.
Больше они не обменялись ни словом, потому что лакей в парадной ливрее открыл для них дверь. Когда Розамунд оказалась снова на земле, она попыталась взглядом охватить свой новый дом, но у неё не вышло. Зато ей представили слуг, и кое-какие имена она успела запомнить. Со всеми новую графиню знакомил дворецкий, настолько важный, представительный и чуточку надменный, что впору его считать настоящим владельцем имения, а не стоявшего чуть в сторонке молодого мужчину, которого, похоже, больше занимали мелкие камешки под ногами, нежели собственный дом.
– Благодарю, Гофорд, – кивнула она дворецкому. А следующие слова, если верить гувернантке и незабвенному дядюшке, ей ни в коем случае нельзя было произносить. Но она ведь теперь здесь хозяйка, так? Пусть и формальная. – И я рада приветствовать всех вас.
– Миледи! – Слуги поклонились ей, а служанки присели в некоем подобии то ли поклона, то ли реверанса.
Затем Розамунд тихонько обратилась к супругу:
– Милорд, думаю, мы нескоро увидимся. Благодарю Вас за безопасную дорогу и…
– Почему нескоро увидимся? – удивился тот.
– Как? – Перед слугами выяснять отношения было крайне непредусмотрительно, поэтому пришлось усмирить возмущение. Не напоминать же ему снова об условиях договора! – Милорд…
– Да дело не в том, что я не хочу тебя отпускать в другое крыло... – Улыбка графа сейчас напоминала мальчишескую. Как есть – озорник и шкодник! – Просто оно не готово ещё. Там ремонт.
Розамунд всегда считала себя сдержанной, но тут чуть не взорвалась. Только чудом сумела устоять и не высказать всё, что думает и о самом Майкле Шердане, и о его безответственности.
– И как долго ремонт будет длиться, милорд?
Граф пожал плечами, и уточнил у дворецкого:
– Когда закончится ремонт?
– Не раньше, чем через три месяца, Ваша Светлость, – ответил Гофорд, надувшись красочнее самого зазнавшегося индюка на ферме.
– Ремонт закончится не раньше, чем через три месяца, дорогая.
– Я слышала.
Вот теперь простым возмущением невозможно было описать все чувства, обуявшие Розамунд. В эту секунду она была как никогда была близка к тому, чтобы послать к чертям годами выстроенный и выстраданный образ леди.
– Хорошо, милорд, – прикрыв глаза, кивнула она. – Тогда где я буду жить, пока не закончится ремонт?
– Как – где? В покоях графини конечно же!
Розамунд скрипнула зубами. Поделать она пока ничего не могла, ей хотелось привести себя в порядок после долгой дороги, неплохо было бы и позавтракать, поэтому она кивнула и процедила:
– Хорошо, милорд. Тогда пусть меня кто-нибудь проводит.
Граф наконец понял, что попал в немилость, и настаивать на том, чтобы идти с ней самому не решился. Вместо себя он отправил одну из служанок, а сам сделал вид, что у него остались ещё какие-то дела и задержался у кареты. Только спустя минут десять и он пошёл к себе. В смежную с графиней спальню.
Розамунд, пока шла, думала, что день явно не задался, однако её ждал сюрприз, причём в новых покоях. Очень и очень приятный сюрприз! И дело даже не в элегантной комнате с огромной кроватью с балдахином и отдельной гардеробной, не в чудесном туалетном столике и не в свежих цветах на прикроватном столике.