— Я же сказала, несколько неудовлетворительно, — улыбнулась Зиглинда, помогая ей снять особенно тяжёлую сумку. — Для баллады, описывающей твои подвиги. Для этого места и случая я сочла их вполне подходящими.
Лиандра замерла и опустила поклажу.
— Правда?
— Воистину, — кивнула Зиглинда. — Могу я спросить, что ты ищешь?
— Половина детей спрашивала меня, где моя корона, — вздохнула Лиандра, удрученно глядя на перекопанные сумки, лежащие на земле вокруг неё.
— Я подумала, что здесь, возможно, есть что-то, что могло бы меня выручить. — Она указала на поклажу и беспомощно пожала плечами. — Оружие, одежда, части доспехов… снаряжение для половины полка и даже больше… но почти ничего из украшений. У меня даже нет зеркала, чтобы убедиться, что я действительно женщина!
— Для этого тебе не нужно зеркало, — засмеялась Зиглинда. — Но признаюсь, что до сих пор я не замечала, что на тебе нет никаких украшений.
— Если металл будет нечистым и некачественным, то он может навредить мне, когда я буду творить магию, — объяснила Лиандра и снова вздохнула. — Наверное, мне стоит сделать себе венок из цветов. В конце концов, в детстве этого мне было достаточно.
— А что насчет неё? — спросила Зиглинда, доставая из одной из сумок плоский ящичек, блестящее красное дерево которого привлекло её внимание. — По-моему, это похоже на шкатулку для драгоценностей.
— О, — тихо промолвила Лиандра. — О ней я совсем забыла.
— Что это? — с любопытством спросила Зиглинда. — Открой, я хочу посмотреть.
— Это подарок. От Хранителя Знаний. Деда Файлид, как я полагаю. Он отдал её мне перед тем, как уйти к Сольтару, чтобы унести свои секреты в могилу. Я лишь надеюсь, что он и эссэра Фала найдут друг друга в следующей жизни.
— Сольтар будет к ним милостив, — заметила Зиглинда. — А теперь открывай!
— Как ты разговариваешь со своей королевой, — улыбнулась Лиандра.
— Простите, Ваше Величество, но речь идёт об украшениях! — рассмеялась Зиглинда, но когда Лиандра открыла шкатулку и рассеянный лучик света упал на содержимое, её губы сложились в благоговейное «О».
— Боги! — умилённо выдохнула она. — Она прекрасна!
Это была диадема из чистого серебра, тонко сплетённая, словно из паучьих нитей, извивающихся вокруг друг друга бесчисленными прядями, создавая сверкающий обруч, который, казалось, удерживал свет и впитывал солнечные лучи, будто сиял изнутри. Ни жемчуг, ни драгоценные камни не украшали изделие, но они бы только испортили его. То, что создала рука давно ушедшего эльфийского серебряных дел мастера, не нуждалось в дополнительном украшении.
— Нечистый и некачественный? — прошептала Зиглинда, всё ещё завороженная, в то время как Лиандра просто молча смотрела на диадему. — Если всё дело только в этом, то ты можешь носить её и заниматься магией сколько влезет! Боги! — вздохнула она. — Интересно, сможет ли кто-нибудь когда-то превзойти эту работу!
— Вряд ли это сможет сделать человек, — заметил позади них Янош. Он тоже смотрел на серебряный блеск с явным уважением. — Надеюсь, ты не захочешь себе такую же вещицу, — сказал он Зиглинде. — Даже если бы я обыскал весь мир, второй такой не найти. — Он посмотрел в сторону Лиандры. — Чего ты ждёшь? — спросил он. — Надень её. Она подходит к твоим светлым волосам!
— На неё наложено заклинание, — объяснила Лиандра. Она осторожно провела кончиками пальцев по переливающейся паутине. — Диадема давным-давно была создана руками эльфов, если я правильно помню слова Хранителя Знаний. Вот только я не знаю, что это за магия, даже предположений никаких нет. То, что спустя столько времени ещё чувствуется действие магии, говорит лишь о том, насколько сильно она была привязана к ней. — Она почти в отчаянии покачала головой. — Я не смею надеть её. Что, если она предназначена только для одного человека? Что, если магия окажет сопротивление? Если это проклятие? Действие такой силы… нет, — с сожалением промолвила она. — Я не осмелюсь. Пусть она будет даже сто раз красивой.
— А если я скажу, что она предназначалась тебе? — странным тоном произнесла Зиглинда. Она подняла взгляд на Лиандру, и в её глазах появился зелёный блеск, который Лиандра видела у неё лишь однажды. — Она предназначена для твоего рода и ждёт только тебя. Посмотри… — Зиглинда взяла Леандру за руки и направила их так, чтобы они коснулись диадемы с обеих сторон. На её изумленных глазах серебристая паутина открылась, и показался обруч из маленьких роз, сделанных так тонко, что даже проглядывали пестики. — Это корона из роз, дитя моё, — продолжала она всё тем же певучим голосом. — Какое ещё украшение ты наденешь, чтобы принять наследство? — Затем Зиглинда, сбитая с толку, моргнула. — Почему ты так на меня смотришь? — спросила она. И когда её взгляд упал на диадему, она выдохнула во второй раз и спросила. — Как тебе удалось это выяснить?