Неподалёку находились и другие люди, кто был не тем, кем казался. Например толстый торговец, у которого иногда сползал живот. Или его телохранитель, который всё время возился со своими рваными кожаными доспехами, как будто они были ему не совсем по размеру. Потом был мужчина в костюме кузнеца, что объясняло его широкие плечи, а также молот, который он носил на боку. Дезина считала, что молот немного великоват, но, похоже, никому другому не было до этого дела. Потом был ещё наёмник, слегка пьяный, который шёл пошатываясь. У всех были короткие волосы, чисто выбритые щёки, возраст от тридцати до сорока лет, ходили они так, будто проглотили палку, имели широкие плечи и мускулистое тело.
Дезина подавила ухмылку. Доспехи имперских Драконов были не только особенно тщательно изготовлены и усилены магией, но и великолепно украшены. На нагруднике был выбит символ дракона, а малиновый плащ был обшит золотой нитью. В комплект входил также открытый шлем с плюмажем.
Принадлежать к Драконам, некогда служившим телохранителями императора, было дорогой привилегией. Ведь туда отбирали лучших солдат из легионов. Тех, кто постоянно отрабатывал своё мастерство. С тех пор как она стала императрицей, верховный главнокомандующий Кералос решил увеличить число Драконов с десяти до тридцати солдат, и за несколько дней, прошедших с момента объявления, Орикес получил сотни заявок.
— Учитывая, что предъявляемые требования — это действительная служба и послужной список не менее десяти лет, то почти все, кто хоть отдалённо подходит, подали заявления, — рассказал он ей со вздохом. — Остальные, похоже, единодушно хотят присоединиться ко Второму легиону!
Тех, кого назначили Драконами, гордились этим. Они с удовольствием носили свои доспехи, в которых можно было увидеть отражение. Ими дивились маленькие дети, и они наслаждались вниманием женщин. То, что теперь им пришлось отказаться от своих любимых доспехов и особенно от этого прекрасного шлема с красным плюмажем, было для них непосильной жертвой. Они могли быть способны на многое, могли быть лучшими во многом, но одно им не было дано: быть незаметными. Скорее наоборот, само их присутствие должно было отпугивать любого, кто осмелится поднять руку на императора.
Кроме того, они возражали и не хотели отказываться от больших щитов, которые служили для защиты её хрупкой фигуры от болтов и стрел. Лорманн, который теперь разыгрывал кузнеца, так твёрдо выступал против этого, что почти угрожал всегда идти впереди неё. Если уж это будет щит не из дерева и стали, то, по крайней мере, из живой плоти!
Ей предстояло научиться справляться и с подобного рода вещами: с почтением, которое выказывали ей эти люди.
— Что вас так развеселило? — спросил шедший сбоку Сантер. Она подняла на него глаза и улыбнулась, заметив его обеспокоенный взгляд. Затем он уже снова отвёл взор в сторону, где один пьяный только что толкнул другого.
— Они всё ещё маршируют, — ухмыльнулась Дезина, глядя на Лорманна, который перешёл на размеренный шаг легиона. Каждый шаг составлял четыре фута, якобы имеющий настолько точную длину, что в соответствии с расстояниями, которые легионер отмерял своими подошвами, можно было бы строить. Затем она посмотрела вниз на большие ноги Сантера. — Но не вы.
— Не я. Да и причин маршировать по палубе корабля немного, — ответил Сантер, теперь уже сам слегка ухмыляясь. — Удивительно, как мало они бросаются в глаза. Из этого видно, как мало у людей наблюдательности. Они воспринимают всё как должное: раз так кажется, значит так и есть.
— Как правило, так оно и есть, — с сожалением промолвила Дезина. — Меня утомляет необходимость искать за каждым углом опасность и за каждым словом два разных смысла. — Она оглянулась на двух пьяниц, которые теперь от души дрались. — Я бы предпочла, чтобы всё было так, как кажется. В этом отношении, надо отдать им должное, они едва могут скрыть, кто они такие.
Она снова вздохнула.
— И что теперь значит этот вздох? — спросил немного тише Сантер.
— Потому что я в этом намного лучше них.
— В обмане?
— Да. Не забывайте, что до того, как я попала в башню, я была портовой крысой. Обман был такой же частью выживания, как и быстрый кинжал в рукаве. Поверьте, штаб-лейтенант, без вас я была бы в большей безопасности. Сова не нуждается в сопровождении… как и сэра из доков.
— На самом деле, это они нуждаются в защите от вас, — спокойно возразил Сантер, указывая взглядом на толпящихся на улице горожан. — Если бы они узнали, кто вы, то захотели бы к вам прикоснуться, начали бы умолять или боготворить. Иными словами, они бы вас задавили, и вам пришлось бы защищаться. А это привело бы лишь к плохому концу.