Ласка вытащил из ножен на шее свой талисман и тихо пошёл за ней. О себе он не беспокоился, его в любом углу поджидала тень, в которой можно было спрятаться. А вот Марла…
— Здесь! — прошептала она, указывая на едва заметные очертания двери по левую руку. — Он должен лежать здесь!
— Кто? — спросил Ласка. Но Марла не слушала его, она торопилась дальше, только чтобы в следующий момент пригнуться от удивления. Из тёмной тени выбежала крыса, прыгнула ей на руку, пробежала вверх, а потом, оказавшись на её плече, что-то пропищала жрице на ухо.
— Душу мы найдём чуть дальше впереди, — сообщила Марла Ласке. — Третья дверь справа… и в той комнате находится тёмный священник.
— Это передала тебе крыса? — шёпотом спросил Ласка.
— Нет, ты же видишь, что на плече у меня сидит собака! — грубо ответила она. — Послушай. Я отвлеку священника, а ты перережешь ему глотку. Он не должен успеть позвать на помощь.
— Я не так хорош в убийстве, — тихо признался Ласка. — Я не знаю, получится ли у меня.
— Он священник мёртвого бога. Тёмный эльф. Как ты думаешь, что он сделает с нами, если у тебя не выйдет?
Она подошла к двери и открыла её, как будто собиралась войти, и по мнению Ласки со слишком явным преувеличением вздрогнула, издала короткий испуганный крик, и тут же, явно паникуя, пустилась в бегство. Но сделала всего два шага, прежде чем остановится и самой выхватить кинжал. Всего мгновение спустя священник выбежал из двери, Ласка перерезал кинжалом горло своей жертвы, и священник вспыхнул пламенем. Четыре души поднялись из углей и исчезли.
— Ради суда Сольтара, — прошептала Марла, когда тёмный эльф рассыпался перед её глазами, как светящийся пепел. — Как ты это сделал?
— Это кинжал, — объяснил Ласка, тяжело дыша. Он показал ей клинок с рунами Ксианга, которые ярко светились, прежде чем снова потускнели. — Ему не нравятся некроманты.
— Изгоняющий кинжал? — завороженно спросила она.
— Не думаю. Он из Ксианга.
Но Марла уже не слушала его, она разбрасывала пепел ногой. Только череп оставался целым ещё какое-то время, поэтому она носком сапога просто протолкнула его в дверь.
Ласка последовал за ней в небольшую комнату и с любопытством огляделся. Здесь штукатурка с изображениями богов тоже была уничтожена. В центре был небольшой чёрный алтарь, на котором стояли пять чаш. Четыре по краям были сделаны из золота и наполнены кровью, центральная чаша была вырезана из чёрного камня. В последней чаше лежала чёрная жемчужина, размером с большой палец.
— Другие боги не позволяют забирать души, — шёпотом объяснила Марла, доставая из кармана маленькую вазу и вытаскивая пробку. — Вот почему для этой мисси нужен кто-то вроде тебя. — Она поднесла вазу к чёрной жемчужине, и, как и в случае с душой дикой эльфийки, жемчужина растворилась, превратившись в пар, который был втянут в вазу.
— Жемчужина — это душа? — возмущенно спросил Ласка. — Ими что, теперь можно торговать или нанизать на нитку, чтобы потом повесить на шею?
— Тут ты не того спрашиваешь, — ответила Марла и вернулась к двери, чтобы осторожно выглянуть и убедиться, что путь по-прежнему свободен. — Вот, — сказала она и вложила вазу в руку удивленного Ласки. — И побыстрей!
Они поспешили к другой двери и распахнули её. Комната была похожа на предыдущую, только на носилках лежал тёмный священник. Ласка негромко выругался и прыгнул вперёд, замахнувшись кинжалом, чтобы сразить священника, прежде чем тот успеет открыть глаза, но Марла бросилась на него, и кинжал на волосок промазал горло мужчины.
— Ласка! — сердито прошептала она, — Что ты делаешь?
— Перерезаю ему горло, что же ещё, — возмущённо ответил Ласка. — Только что ты хотела от меня именно это, что же теперь не так?
— Он тот, кого мы ищем, — прошипела Марла. — Ты чуть не разрушил план богов!
— Этого не случилось бы, расскажи ты мне об этом побольше! — возмущенно пожаловался Ласка.
— Я рассказываю тебе сейчас! — ответила она. — А теперь приступай к делу!
— К какому?
— Передай ему душу!
— Вот, — сказал Ласка, протягивая ей вазу. — Почему бы тебе не сделать это самой? Мне от этого не по себе!
— Из наших богов только Сольтар может позволить нечто подобное, а он против. Мне это недозволенно, так что остаешься только ты!
— Почему я? — упрямо спросил Ласка.
— Боги! — выругалась Марла, всем видом показывая, что ещё немного, и она начнёт рвать на себе волосы или топнет ногой. — Потому что Мама Маэрбеллина не из наших богов, и она может позволить тебе сделать это! Просто возьми эту проклятую вазу и держи её у него под носом!