— Тогда, первая часть угрозы неверна, — услышал Ласка знакомый холодный голос. — Должно быть, что-то мешает ему убить меня, иначе он не стал бы пробовать такой трюк.
— У хозяина есть свои причины, — произнёс другой голос. Ласка и Марла отпрянули в сторону и прижались к стене. Трое тёмных эльфов не обратили внимания на приоткрытую дверь, когда проходили мимо. — Но это выбор, перед которым ты стоишь.
— Это Зокора! — прошептал Ласка на ухо Марле. — Они схватили её!
— Я понятия не имею, кто такая эта сэра, — прошептала Марла в ответ, передавая ему поводья Борона. Голова сумеречного коня торчала из стены позади Ласки, обдавая его плечо слишком горячим дыханием. — Это не наше дело.
— Она возглавляет племя тёмных эльфов, которое является нашим союзником, — настаивал Ласка. — Мы должны ей помочь!
— И как? — раздраженно спросила Марла. — Нам нужно выбираться отсюда, и мы не можем ввязываться в драку!
Ласка посмотрел на Борона.
— Скажи, Борон, ты меня понимаешь?
— Конечно! — прошептала Марла, а Борон закатил свои светящиеся глаза и покачал головой, словно не мог понять, насколько глупы люди. — Они не лошади, они слуги моего господина!
— Я не торгую душами, — услышал Ласка слова Зокоры. — Но скажи, какая душа так важна для меня?
— Я слышал, что ты знала одного человеческого лучника, слугу того ложного бога. Наш господин забрал его душу с собой, когда видел тебя в последний раз.
Ласка с Марлой услышали стон тёмной эльфийки, затем звон цепей и звуки борьбы.
— Борон, — тихо сказал Ласка, отпуская поводья сумеречного коня. — Эти двое… фас!
Два сумеречных коня и Марла ошеломленно посмотрели на Ласку.
— Укуси этих двоих! — возмущенно заявил Ласка. — Давай!
С чувством оскорбленного достоинства сумеречный конь прошёл сквозь стену в коридор. Два раза раздался грохот, потом он вернулся. Ласка снова схватил поводья.
— В благодарность я нажгу тебе целое ведро углей, — пообещал Ласка и вышел в коридор, где на полу стояла на коленях Зокора, вытаскивая из верхней части левого рукава чёрный кинжал. Казалось, она не замечала его, возможно, потому что горько плакала. Или… Ласка отпустил поводья.
Зокора обернулся, и впервые в жизни кто-то оказался быстрее Ласки, который лишь недоуменно смотрел, как чёрный кинжал прочертил огненный след на его шее.
— Ласка, — заметила Зокора, вытирая слезы с глаз и вставая. — Тебе повезло, что я тебя узнала. Что ты здесь делаешь? — Она сказала это таким тоном, словно хотела спросить, как ему нравится здешняя погода.
В любой другой день её светящиеся красные глаза заставили бы его замереть от страха, только сегодня Ласка почти их не заметил. Он осторожно ощупал порез, почувствовал, как кровь стекает за воротник на его новый жилет, и вздохнул.
— Отлично, — проворчал он. — Как хорошо, что вы не попали!
— Я всегда попадаю. Я же сказала, что узнала тебя. Что ты здесь делаешь? — Она посмотрела на двух священников, безжизненно лежащих на полу. — Это твоих рук дело?
— Это был Борон, — пояснил Ласка. Увидев цепь на запястьях тёмной эльфийки, он быстро обыскал мертвецов и нашел то, что искал: многогранный ключ с выемками, который подходил к головке винта на кандалах.
— Что ж, — сказала Зокора. — Как уместно. Хотя и неожиданно. — Когда Ласка расстегнул её наручники, она кивнула в знак благодарности, но не стала долго на этом задерживаться. — Лиандра в беде, нам нужно торопиться. Идём. — Она подошла к чёрному кинжалу, подняла его и взвесила в руке. — Придётся обойтись им, — мрачно промолвила она. — Вперёд. Мы должны найти остальных.
— Подожди, — тихо позвал Ласка. — Душа лучника…
— А что с ней? — спросила она. — Это была уловка, чтобы помучить меня. Ничего более.
— Я так не думаю, — возразил Ласка, указывая на комнату, где спал тёмный эльф. — Мы только что украли душу, о которой они говорили, и вживили её в этого тёмного эльфа.
«Что ж», — подумал Ласка, глядя на расширившиеся глаза Зокоры. Это опровергает миф о том, что эльфов нельзя удивить.
— Варош? — спросила она так тихо, что он едва расслышал её.
Ласка беспомощно пожал плечами.
— Имя мне не знакомо. Но там, в другой комнате, на алтаре между чашами, наполненными кровью, лежала чёрная жемчужина. Мы украли жемчужину с помощью вазы для душ и поместили душу в человека, лежащего там на носилках.
— Ваз для душ больше нет, — сообщила она ему. — Они все были уничтожены. Кто мы? — Она огляделась вокруг светящимися глазами.
— Это долгая история, — объяснил Ласка, почувствовав, как Марла пытается передать ему поводья Борона. — Я расскажу её вам в другой раз. У меня есть ещё работа.