— Я полагаюсь больше на удачу, чем на волю богов, — хрипловато произнес Янош.
— К тому же, время истекает. Военачальник хочет сбежать через портал.
— Но не без меня, — мрачно сказала Лиандра. — Герлон прав. Корвулус вернется. Он хочет подарить меня своему отцу. — Она крепче сжала Каменное Сердце, когда вдалеке послышался звук рога. — Что, ради всех богов, происходит там снаружи? — спросила она. — Звучит так, будто там идёт сражение!
— Есть ли еще другой вход в храм? — спросил Варош у брата Герлона.
— Обычно их три: два в боковых залах и главный вход, — ответил он. — На ночь остальные закрываются, тогда открыты только главные ворота.
Он пожал плечами.
— Почему бы им не пройти через эти ворота?
— Я не знаю, — ответил Янош. — Но если они придут, мы сможем устроить им прием.
Я за то, чтобы подождать еще четверть отрезка свечи и посмотреть, прав ли священник. Если ничего не случится, то нам стоит попытать счастье.
— Я… — начала было Лиандра, но тут ворота заскрипели.
— Полагаю, это решает дело, — мрачно сказал Янош и поспешил к колонне справа. Варош укрылся за окровавленным алтарем, а Лиандра быстро оттащила брата Герлона в сторону. Зокора и невидимка скрылись в тени.
Тяжелые створки ворот со скрипом распахнулись, явив военачальника в белых кожаных доспехах, двух темных священников по бокам от него и десять черных легионеров позади них.
Военачальник поднял бледный клинок, который держал в руках, и медленно подошел ближе.
— Я нахожу этот меч очень интригующим, — сказал он светским тоном. — Его возможности не соответствуют тому, что я знал о нем. Знаете ли вы, что он показывает мне, где вы прячетесь?
Никто ему не ответил, и он рассмеялся.
Что вы хотите сделать? Храм окружен пятьюдесятью людьми. Не знаю, как вам удалось зайти так далеко, но на этом ваше путешествие заканчивается.
Варош пробормотал молитву Борону и выпустил болт. Он хорошо прицелился, но болт не долетел до военачальника, а застрял в воздухе на расстоянии ширины ладони от левого глаза некроманта.
Пока Варош тихо ругался, военачальник посмотрел на болт, выхватил его из воздуха и тут же небрежно бросил.
— Я устал от этой игры, — сказал он со скукой. — Схватите их. Живыми мне нужны только королева и священник.
Один из темных священников в проеме поднял руки, и из них повалил темный дым; другой теперь держал в руке небольшой молитвенный барабан и неистово поворачивал его.
В то же время черные солдаты бросились вперед.
Один не успел далеко продвинуться — болт угодил ему в глаз, что заставило Вароша мрачно улыбнуться, перезаряжая арбалет. Его улыбка застыла, когда упавший солдат, порывисто двигаясь, попытался подняться на ноги. За алтарем тоже что-то зашевелилось: это был мертвый священник, слепо обшаривая руками вокруг себя.
— Кощунство! — возмущенно закричал Герлон и, прежде чем Лиандра успела схватить его, выскочил из укрытия, схватил помятую масляную лампу, которая все еще лежала там, и со всей силы швырнул ее в сторону входа.
Она, не нанеся никакого вреда, упала на пол перед военачальником, который улыбнулся, глядя на этот спектакль.
— Варош! — зашипела Зокора. — Это священник с барабаном! — Но и следующий болт стрелка не достиг цели и остался висеть в воздухе. Темный дым от другого священника, словно прокатный стан, повалил в большой храмовый зал, грозя заслонить от них врага. С одной стороны Янош уже вступил в бой. Лиандра подняла Каменное Сердце, и с громким раскатом грома молния устремилась к воротам храма и ударила в небольшой кристалл, который улыбающийся военачальник с издевательской ухмылкой зажал между большим и указательным пальцами.
— Разве это не поразительно? — рассмеялся он. — Вы словно сражаетесь против самих себя, так ведь?
На этот раз молния исходила от него, раскат грома потряс старый храм, и с потолка посыпалась пыль. Молния ударила в алтарь, который взорвался с громким треском, вокруг разлетелись осколки камня, большинство из которых пронзили незащищенную кожу, но свет молнии не смог проникнуть дальше, пролетев мимо брата Герлона, он встретился с клинком Каменного Сердца.
— Ха! — триумфально воскликнул Корвулус. — Вот видите…
Что им предстояло увидеть, осталось неизвестным. В кристалл между его пальцами ударил болт, и в этот момент словно разразился гнев самих богов: ослепительный шар голубой молнии заполнил почти все ворота храма, а раскат грома обрушился на прочные ворота, как удар кулака великана. Могучие створки разбились на десятки кусков и разлетелись во все стороны. Столбы, поддерживающие ворота, раскололись. Остатки ворот, камни, пыль и часть крыши, покрытой камнем, рухнули, похоронив военачальника и священников под обломками. Белая пыль вкатилась в зал храма, подгоняемая мощным порывом ветра, который сотрясался под их ногами.