— Она застала её врасплох, — мрачно констатировала маэстра. Упёршись руками в бока, она напряженно наблюдала за битвой, казалось, болея за каждое движение грифона. — Видимо, нам все-таки удалось укрыть Каменное Облако от её взгляда!
Бликс только кивнул, он тоже был заворожен происходящим в воздухе.
По сути, битва уже была предрешена. По сравнению с быстрыми движениями грифона, виверн казался неуклюжим и неповоротливым. Сначала Каменное Облако набирала высоту. Затем, когда она спикировала вниз, как орел, стало ясно, насколько мало летучий змей может противостоять королевскому грифону. Первая же атака стала и последней. Могучие когти покалечили левое крыло виверна, а удар клюва пришёлся по всаднице и почти разорвал её на две части.
Пока виверн с наездницей падали, издалека донесся торжествующий крик грифона. От этого крика даже у майора Меча пробежала дрожь по позвоночнику, который всё ещё не мог поверить, как быстро грифон выиграл битву.
— Разве она не великолепна? — восхитилась маэстра, с сияющими глазами наблюдая, как её грифон начал снижаться, широко расправив крылья. — Простите, — добавила она и поспешила прочь, туда, где приземлилась Каменное Облако и распустив перья, принимала похвалу от легионеров. Майор Меча посмотрел ей вслед и в недоумении покачал головой.
— Посмотри на неё, — сказал он с ухмылкой Гренски. — Каменное Облако как будто одновременно кошка и павлин!
— Тогда бы это было другое мифическое существо, — рассмеялась штаб-сержант. — Но да, она заслуживает того, чтобы её немного похвалили. — Однако Гренски быстро снова стала серьёзной и обвела взглядом край леса. — Не стоит ли нам поучиться у наездницы виверна?
— Верно, — кивнул Бликс. — Пусть капрал Меча Ханзен возьмёт двух человек, и они вместе найдут мёртвую женщину и снаряжение. То, что от них осталось. Что касается остальной части роты… пусть поторопятся со свёртыванием лагеря. — Майор Меча окинул взглядом окружающий лес, который за последние несколько дней стал гуще по мере того, как они удалялись от Громовых гор. — Маэстра выиграла нам время. Пока не появился ещё один виверн, нам нужно исчезнуть. Возможно, нам даже удастся избавиться от них. — Затем его взгляд вернулся к повозке с припасами, где беженцы праздновали победу Каменного Облака не меньше легионеров. Он посмотрел на глубокие колеи, оставленные железными колёсами повозки, и вздохнул. — По крайней мере, мы можем попытаться.
— Она была ещё почти ребёнком, — потрясённо констатировал Герлон, когда увидел вечером мёртвую девушку, лежащую в палатке Бликса. На этот раз Бликс не стал искать поляну для лагеря, и рота разбила палатки посреди леса. Вот почему палатка майора стояла на этот раз не так прямо, как обычно: он приказал соорудить её между двух деревьев, где для неё едва хватало места.
Именно потому, что лес был таким густым, Ханзену потребовалось немало времени, чтобы найти её; он смог присоединиться к роте со своей скорбной добычей лишь незадолго до захода солнца.
«Его друг Герлон был прав», — подумал Бликс, пытаясь вспомнить, как сильно он проклинал наездницу виверна. Прочный клюв Каменного Облака отсёк молодой женщине левое плечо и руку; где эта рука была теперь, могли знать лишь боги. Падение сквозь деревья и удар о землю сделали всё остальное, почти не одна кость не осталась целой, но чудесным образом тонко очерченное лицо было почти нетронутым.
— Она похожа на Аселу, — заметила маэстра, наклонившись вперед, чтобы получше рассмотреть мертвую девушку. — Бледная и черноволосая, такой же упрямый подбородок… — Она окинула взглядом труп, а затем подняла глаза на Герлона. — Вы правы. Будь ей больше пятнадцати лет, я бы сильно удивилась. — Она повернулась к капралу Меча, который принёс тело. — Вы уверены, что это всё её снаряжение?
Ханзен кивнул.
— Мы нашли её в таком виде, всё ещё пристегнутой к седлу. Мы перерезали ремни и принесли сюда вместе с седлом.
— Спасибо, — поблагодарила маэстра, больше не обращая внимания на мужчину. Теперь весь её интерес был прикован к кожаным доспехам мёртвой девушки. — Всего один карман на бедре, больше ничего, — констатировала она. — Значит всё остальное должно находится в седельных сумках. — Кончиками пальцев она открыла окровавленный карман, но в нём не оказалось ничего, кроме лежащего в искусно сделанной латунной коробочке магнита и грубо нарисованной карты, сложенной в несколько раз.
В седельных сумках, похоже, тоже не было ничего интересного: немного сушеного мяса, фляга из чеканного серебра и две длинные серебряные иглы, а также цельная полоса кожи с петлями для восьми длиной в ладонь дротиков. На дне, однако, кое-что обнаружилось: мягкая кожаная папка, тщательно завязанная кожаными шнурами, узлы которых были запечатаны воском.