Лиандра поплотнее укуталась в плащ, подняла подбородок и решительно зашагала к главному зданию, где находился магический портал, который переправит её в Аскир. Послание в её кармане могло оказаться незначительным. Или могло изменить всё.
Как только Лиандра ступила на порог храма Сольтара, один из послушников поспешил к ней и попросил передать ему Каменное Сердце.
— Вы должен понять… — начал он, но Лиандра покачала головой.
— В этом нет необходимости, — сообщила она послушнику храма. — У меня нет намерения входить в храм. — Она подняла папку с посланием мертвой наездницы виверна. — Просто передай эту папку первосвященнику. Сообщи ему, что на ней лежит проклятие, которое необходимо снять.
Молодой человек изумленно моргнул.
— Зачем вам передавать первосвященнику проклятое послание?
«Боги, дайте мне терпения!» — подумала Лиандра,
— Это послание было отнято у врага, и мы только подозреваем, что на нём есть кровавая печать.
— Кровавая печать? Что это такое?
— Кто-то принёс в жертву человека, чтобы гарантировать, что никто, кроме адресата, не сможет прочитать это послание, — объяснила Лиандра, в голосе которой уже слышалось лёгкое раздражение. — Именно поэтому так важно, чтобы первосвященник позаботился о нём!
— Но…, - начал послушник.
— Как тебя зовут, мальчик? — спросила теперь Лиандра, пристально глядя на послушника своими фиалковыми глазами.
— Рохард, сэра. Я…
— Слушай, Рохард. Ты сейчас войдёшь, найдешь брата Джона и скажешь ему, что Лиандра ди Гиранкур, маэстра магических искусств и королева Иллиана, просит его снять проклятие с этого послания. Всё ясно? Теперь иди!
Видимо, это было достаточно ясно, молодой человек поспешил прочь, едва не споткнувшись о собственные ноги.
Лиандра огляделась, вздохнула и выбрала ступеньку, чтобы присесть. Судя по всему, ночь обещала быть долгой.
— Нет, я не собираюсь жертвовать Сольтару, — объяснила Лиандра послушнику, который уже в четвертый раз вертел у неё под носом своей деревянной чашей. — И нет, из-за этого моя душа не окажется в опасности!
— Вы неправильно оцениваете мои усилия, сэра, — серьезно ответил послушник. — Речь идёт отнюдь не о том, чтобы задобрить Сольтара! Если бы его можно было подкупить золотом, каким бы он тогда был богом? Пожертвованием вы поможете храму накормить бедных и обучить невежд искусству чтения и письма!
— Виташ, я позабочусь о маэстре, — перебил послушника человек в одежде священника. Тот лишь пригнул голову и тут же поспешил прочь. — Я брат Мирча, — представился священник. — Брат Джон попросил меня перехватить вас и привести к нему.
— Мне отдать свой меч? — спросила она.
— В этом нет необходимости. Клинок посвящён Борону, не так ли?
— Верно.
— Тогда оставьте его при себе. Сэра, нам нужно провести экзорцизм, и брат Джон сказал, что ваши способности, возможно, окажутся полезными.
— Какие способности? — озадаченно спросила Лиандра, подвешивая обратно Каменное Сердце и следуя за священником.
— Ваша магия, — ответил священник как само собой разумеющееся.
— Боюсь, здесь брат Джон ошибается, — объяснила Лиандра, когда её шаги эхом разнеслись по большому залу. Там, на острове, окруженном рвом, который был наполнен освященной водой, стояла статуя Сольтара в тёмной мантии и, как у Совы, с низко надвинутым на лицо капюшоном. Как всегда, Лиандре казалось, что бог следит за ней взглядом. Даже в этот поздний час — было уже около полуночи, десятки верующих собрались здесь, чтобы помолиться. Она не удивилась бы, если бы каждый из них чувствовал, что бог смотрит именно на него.
— Я обучена магическим искусствам, это правда, но ничто из того, чему я научилась, не смогло бы помочь в экзорцизме. По крайней мере, я ничего об этом не знаю. Разве такая магия не считается привилегией храмов?
— Брат Джон — первосвященник Сольтара, — серьезно произнёс священник. — Он занимает этот пост уже более шестидесяти лет. Если он считает, что вы можете быть полезной, значит это так. Обычно он не ошибается. — Едва заметная улыбка заиграла в уголках рта мужчины. — Однако он признаёт, что это все ещё может случиться.
— Что ж, значит он ошибся, — ухмыльнулась Лиандра. Но улыбка померкла, когда священник повел её к западной стене большого зала, где находилась комната, в которой лежал Хавальд. Боги, брат Джон ведь не думает, что Хавальд одержим? — подумала она
Брат Мирча, казалось, прочел её мысли, поскольку ободряюще положил руку ей на плечо.
— Дело не в генерале Копья. Скорее в послушнике, которому вы передали послание. — Он открыл дверь, ведущую в комнату, обставленную так же, как и та, в которой лежал Хавальд, хотя и не настолько роскошно. Эти комнаты часто использовались для исповеди… Исповедоваться было трудно даже тогда, когда тебя не слушает полгорода.