Возможно.
Но не будет мне покоя, если я её не найду.
Я заканчиваю подписывать важные государственные бумаги в своем кабинете и начинаю готовить доклад для великого князя, однако меня отвлекает звук сообщения. Оно от Виолетты.
«Выберите все, что нравится. Они из лучшего цветочного бутика страны. Все в наличии. Если интересует что-то особенное, быстро соберут.»
Я листаю картинку за картинкой. Ни одна из них не удовлетворяет меня в полной мере. Но спустя какое-то сотое цветочное разнообразие что-то красное привлекает мое внимание за секунду до отвержения. Да, это то, что нужно. Красная роза в колбе. Я надеюсь, ей понравится. Волнение вновь захватывает мое сердце. Звоню Виолетте. Мне плевать, что она подумает. Что бы я ни поручил ‒ ее обязанность выполнять и придерживаться правил, прописанных в договоре о неразглашении.
‒ Я отправил тебе выбранное. Пусть упакуют во что-то непрозрачное. Доставь в мой кабинет в двух экземплярах. На входе начнут досматривать. Скажи, что не положено, лично для наследного князя. Я предупрежу их на всякий случай.
‒ Я Вас поняла. Не мое дело, но флорист предложила вложить конверт с посланием в букет, если Вам что-нибудь придется по вкусу.
Действительно. Почему бы и нет?
‒ Отличная идея! Вкладывайте.
Секунду она мнется, будто подбирая слова и, наконец, выдает:
‒ Ммм… А что написать?
Я знаю, что писать.
‒ Ничего, просто вложите пустой конверт.
‒ Будет сделано!
Ну ты и романтик, Давид. Видел бы тебя сейчас Алекс.
Я смотрю на розу в стекле, и строки сами собой складываются в голове. Кто бы мог подумать, что мои навыки каллиграфии пригодятся для такого случая? Светлая леди, на что ты меня толкаешь? Закончив с конвертом, я поворачиваюсь к своей собеседнице.
‒ Редкий сорт. Необычное мерцание на красном бутоне – это россыпь бриллиантов. Они имитируют мелкие капли росы. Ювелирная работа достойная восхищения. Цена соответствует качеству. Мне сказали, что она должна простоять пять лет. Прекрасный выбор, Ваше Княжеское высочество! – заключает моя темноволосая помощница.
Надеюсь, Ей понравится. Вторую оставлю себе.
‒ За пять лет многое может поменяться. Виолетта, внизу ждёт машина. Передай человеку в черном коробку. Он знает, что с ней делать. Спасибо за службу. Ты свободна на сегодня.
‒ Хорошо, я поняла Вас. ‒ с изящным поклоном она удаляется из кабинета с ценной коробкой.
Я отвечаю на входящий звонок длинной фразой:
‒ Тебе доставят то, о чем я говорил ранее. Стекло крепится к толстой черной основе, не повредив конструкцию, помести в нее микро-устройство для отслеживания. Отправь проверенную из штаба с коробкой в ювелирный дом Кипиани. Сочините легенду и передайте той девушке. Подсоедини ко мне. Я должен знать все. Не уезжай из Севера до моего распоряжения. Может понадобиться неделя.
‒ Прослушивать ее?
Я далеко не самый хороший человек на свете, но это даже для меня слишком.
‒ Пока нет.
Вечером пятницы...
Освободиться мне удается ближе к девяти вечера или ночи. Смена часовых поясов все еще непривычна для организма. Я прожил десять лет в Америке – эту часть из жизни не выкинешь.
Так, кажется, кроме меня и охраны больше никого в здании. Первый этаж освещен, вычищен до блеска и почти пуст. Красная ковровая дорожка в моем полном распоряжении. Усмехаюсь. Даже в холл вложили больше денег, чем нужно. И все будет принадлежать мне через какое-то десятилетие.
Да, наследный князь, ты должен больше работать, чтобы не ударить в грязь лицом перед старыми жирными политиками, министрами и дохреллионом разных чинуш.
Я по привычке провожу пропуском по считывателю на турникете, мимолётом заглядывая в большое зеркало, висящее в холле. Можно отрицать бесконечно, но я похож на родного отца. Слишком похож внешне. Высокий рост, внушительная фигура и лицо. Даже темный костюм на мне сидит, как на нем. Черт матери, как ни старался, я не нахожу. Я на сто процентов Орбелиани. Также выглядел отец, дед и прадед. Я никогда не перестану удивляться чудесам генетики. Интересно, мой сын будет похож на меня?
Вскоре я оставляю позади себя роскошь столетий. На улице слегка прохладно. Чувствуется сентябрь. Хоть на Юге и значительно теплее, чем на Севере Грузии.
Шум машин, запах асфальта, вечное движение и море вечерних огней. Город никогда не спит. Столица моей страны напоминает мне микс Нью-Йорка и Москвы, с ярко выраженной грузинской основой.