Потом я почувствовала запах, напоминающий тухлую рыбу, чихнула и открыла глаза. Балдахин над головой качался, а люди, находившиеся в комнате, расплывались цветными пятнами.
— Розалинда, доченька! Как ты? — заботливый голос мамы пробился сквозь дурман.
— Не знаю. Плохо. — пробурчала я.
— Выпейте это, станет лучше! — рука Элисон поднесла к моему рту стакан, и я с трудом проглотила что-то ужасно горькое.
Прошло какое-то время, сколько точно, я не могла понять. Окружающие объекты перестали качаться, а глаза — слипаться.
— Элисон, что это было?
— Не знаю, госпожа. Я впервые такое вижу, с виду как укус пчелы. Травы должны помочь, только не могу сказать, как быстро.
Я слегка приподнялась в кровати и схватилась за голову. Она все ещё была тяжёлой, как тыква, но тот факт, что руки уже слушались, безмерно меня порадовал. Мне приснился какой-то бредовый сон, содержание которого трудно было вспомнить. А в нём, возможно, кроется подсказка...
Мои сапоги валялись на полу, нога была забинтована. Что меня порадовало больше всего, остальная одежда была на месте. Я очень боялась, что он воспользуется моим состоянием!
Не знаю как, но я разберусь с Робертом! А потом доберусь до того гения, который придумал эту рогатку. За такое изобретение здесь вместо Нобелевской премии полагается костёр! Но я поступлю с ним иначе. Сначала я стрельну в него из этой штуки, чтобы он знал, что это такое, а потом запру в темнице с крысами. Пусть посидит и придумает что-то более полезное!
Эти мысли меня воодушевили, и даже показалось, что силы стали потихоньку возвращаться! Где этот рыжий наглец? Да, я проиграла одну битву... Но не всю войну!
Глава 16
— Кажется, мне уже лучше! — потягиваюсь и облокачиваюсь на подушку.
Усталое солнце ещё не ушло за горизонт, но светит совсем не ярко, словно предупреждая о приближении вечера.
— Лорд Роберт хотел поговорить с тобой. Ты готова? — спрашивает мама, с жалостью глядя на меня.
— Да, позовите его! — отвечаю и чувствую, что меня переполняет гнев.
Так бы и отлупила этого наглеца всем, что под руку попадётся, но пока что и с кровати встать сил нет.
Элисон и Дженни уходят, оставив нас с мамой наедине. За дверью полно охраны, я разглядела четырёх человек, возможно, их больше.
— Розалинда, он хочет на тебе жениться. Быть может, это не самый худший вариант. В конце концов...
— Мама! — перебиваю её. — Ни за что!
— Тогда остаётся один выход. Один раз у нас получилось... Ключ в шкатулке, ты можешь воспользоваться им. Постараемся их чем-нибудь отвлечь, ты выйдешь через потайной ход в подземелье, доберёшься до Врат времени и... - мама едва сдерживает слёзы.
Нет, она не хочет отпускать меня в другой мир. Ей невыносимо больно от мысли, что она больше меня не увидит, но ради моего спасения готова на всё.
— Мама, я никуда не побегу! Это мой дом! Пусть этот наглец убирается в свою лисью нору, я никогда не буду его женой!
— Но как же тогда... - мама не успевает договорить, потому что в дверь стучат.
— Войдите! — стараюсь, чтобы мой голос звучал уверенно.
— Умоляю, не зли его, будь вежлива и учтива! — шепчет мама, сжимая мою руку.
— Леди Розалинда, мне сообщили, что вам уже лучше. — лорд Роберт входит в мою комнату.
— Благодарю, милорд. Гораздо лучше!
Каков наглец! Сначала довёл до такого состояния, а потом ещё и спрашивает, как я!
— Тогда, полагаю, мы можем поговорить. — он улыбается, нахально разглядывая меня.
Какое счастье, что я до сих пор в своём рыцарском костюме. Смотри сколько хочешь, всё равно ничего не увидишь!
— Оставьте нас с леди наедине! — говорит он, повернувшись к Дженни и Элисон.
— У меня нет от них тайн, они могут остаться. — пытаюсь вступиться за подруг.
— Я бы не хотел, чтобы при нашем разговоре присутствовали слуги! — хмурится он.
Девушки тут же выскакивают в коридор.
— Леди Изабелла, вас я тоже попрошу выйти!
— Милорд, моей дочери нездоровится! Я не могу оставить её! — возмущается мама.
— Прошу вас, ненадолго! — уже более мягко говорит он, и мама уходит.
— И что же такое важное вы не могли сказать мне в присутствии моих близких?
— Я хотел сказать тебе, моя дорогая, что времена, когда ты были здесь хозяйкой, прошли. Теперь, если ты снова хочешь быть полноправной владелицей, тебе придётся стать моей женой.
— А если я не согласна?!
— Твоё согласие волнует меня меньше всего! У тебя выбора нет! Все твои люди пойманы, защищать тебя некому. В замке нашлось всего двадцать восемь мужчин. Я-то думал, будет вдвое или втрое больше! — смеётся он.