Билл показал на вершину насыпи и тихонько сказал:
– Нам туда. Только, пожалуйста, не шуми.
Он подождал, пока она наденет туфли, и пошел вперед. На вершине он остановился и подождал Рози. Когда она подошла к нему и попыталась что-то сказать, он прижал палец к ее губам, а потом убрал его и указал вперед.
Они стояли на краю заросшей кустарником полянки с поваленным деревом в центре. В переплетении покрытых землей корней лежала красивая рыжая лисица и кормила троих лисят. Тут же, неподалеку – в пятне солнечного света, – четвертый лисенок деловито гонялся за собственным хвостом.
Билл наклонился совсем близко к Рози, так что его шепот щекотал ей ухо:
– Я приезжал сюда позавчера, чтобы проверить, на месте ли эта площадка для пикников и не слишком ли ее испоганили. Я тут гулял и набрел на этих вот ребят. Vulpes fulva – рыжая лисица, в переводе с латыни. А мелким всего недель шесть.
– Откуда ты столько знаешь?
Билл пожал плечами:
– Я просто люблю животных. Много читаю про них и наблюдаю за ними в природных условиях, когда выдается такая возможность.
– Ты охотишься?
– Господи, нет, конечно. Я даже не фотографирую. Я просто смотрю.
Лисица увидела их и настороженно замерла. Только внимательные глаза сверкали живым огоньком.
Не смотри на нее, вдруг подумала Рози. Она понятия не имела, что это значит и откуда вообще взялась эта странная мысль. Она только знала, что это была посторонняя мысль. Чужая. Как будто чей-то неведомый голос прошелестел у нее в голове. Тебе не надо на это смотреть.
– Они такие красивые, – сказала Рози, нашла руку Билла и сжала ее обеими руками.
– Да, – отозвался он.
Лисица повернула голову к четвертому лисенку, который оставил в покое хвост и теперь гонялся за своей тенью. Она коротко тявкнула. Лисенок повернулся, нахально посмотрел на людей, стоящих на тропе, потом подбежал к матери и улегся у нее под боком. Она принялась облизывать ему голову, вычищая шерстку, но при этом она не сводила настороженных глаз с Билла и Рози.
– Интересно, у них есть папа? – прошептала Рози.
– Да, я его видел позавчера. Большой такой пес.
– Они так называются?
– Угу, самцы. Псы.
– А где он?
– Где-то рядом. Охотится. Эти лисятки, наверное, повидали немало чаек со сломанными крыльями, которых папа приносит им на обед.
Рози взглянула на корни дерева, где лисы устроили свое логово, и вновь ощутила прилив дежа-вю. Короткая вспышка памяти, шевелящийся корень, который хочет схватить ее, приближается к ней… образ мелькнул и исчез.
– Мы ее не пугаем? – спросила Рози.
– Может быть, но не сильно. Но если мы попытаемся подойти ближе, то она может броситься.
– Да, – сказала Рози. – Будет маленьких защищать. А если мы их обидим, она нам отплатит.
Он с удивлением взглянул на нее.
– Ну да… во всяком случае, попытается.
– Спасибо, что ты мне их показал.
Он улыбнулся:
– Я рад, что доставил тебе удовольствие.
– Давай уйдем. Я не хочу ее пугать. И есть уже хочется.
– Давай, потому что я тоже проголодался.
Он поднял руку и торжественно отсалютовал. Лисица посмотрела на него яркими неподвижными глазами… а потом сморщила морду и зарычала, показав ровные белые зубы.
– Да, – сказал он. – Ты хорошая мама. Заботься о них.
Он отвернулся и пошел по тропе. Рози пошла было за ним, но потом еще раз посмотрела на эти яркие неподвижные глаза. Лисица все еще скалилась, пока кормила детенышей. Ее мех был ярко-рыжим, и что-то в этом оттенке – и в его ярком контрасте с окружающей зеленью – заставило Рози вздрогнуть. Низко над поляной пролетела чайка, ее тень скользнула по траве, но лисица не сводила глаз с Рози. Она чувствовала этот взгляд, внимательный и глубоко сосредоточенный в своей неподвижности – чувствовала даже тогда, когда развернулась и пошла вслед за Биллом вниз.
– С ними все будет в порядке? – спросила Рози, когда они вернулись к воде. Она оперлась о плечо Билла, чтобы снять туфли.
– Ты имеешь в виду, не убьют ли лисят?
Рози кивнула.
– Нет, не убьют. Если они будут держаться подальше от садов и курятников и если их маме с папой хватит ума не подпускать их к фермам… если они не заразятся. Кстати, лисице года четыре, а самцу, может быть, даже семь. Жалко, что ты его не увидела. Он красивый. Шерсть такого же цвета, как листья в октябре.
Они были примерно на полпути к площадке для пикников и брели по щиколотку в воде. Впереди уже показался камень, у которого Билл оставил свои ботинки.