– Мэрилин, – сказал Норман, имея в виду Мэрилин Чэмберс, которая в течение многих лет была его любимой порнозвездой. Второй любимой была Амбер Линн, но Мэрилин Линн звучало очень уж фальшиво. Потом ему на ум пришла фамилия Макку, но это тоже было не очень хорошо; Мэрилин Макку – так звали ту сучку, которая пела с «Пятым Измерением», уже очень давно, в начале семидесятых, когда жизнь еще не была такой странной.
Напротив стоянки висел плакат с надписью ЕЩЕ ОДИН МОЩНЫЙ ПРОЕКТ «ДЕЛЭЙНИ КОНСТРАКШНЗ» – ЖДИТЕ НА БУДУЩИЙ ГОД. Мэрилин Делэйни… вполне нормальное имя, ничем не хуже других. Конечно, вряд ли ему придется рассказывать историю своей жизни хотя бы кому-то из этих шлюх, но, перефразируя изречение на футболке у продавца в «Базовом Лагере»: Лучше иметь легенду и не нуждаться в ней, чем нуждаться и не иметь.
И они точно поверят в Хампа Петерсона. Наверняка они перевидали не один десяток таких вот Хампов, переживших какое-то жуткое происшествие и пытающихся теперь замолить все свои грехи. И все Хампы мира, конечно же, били себя кулаками в грудь и кричали, что были плохими, а теперь стали хорошими. Очень хорошими. Почти такими же хорошими, как все женщины. Потому что они наконец прозрели и поняли, что только женщинам свойственно сострадание и так далее. Норман повидал немало таких уродов, которые были преступниками и наркоманами, а потом разворачивали кампании против наркотиков или вдарялись в религию и проповедовали праведный образ жизни. Но по сути дела они оставались все теми же засранцами, и пели они свои старые песни, только на новый лад. Но это было не важно. Важно было другое – то, что такие ребята вечно болтались где-то поблизости и считались чуть ли не частью ландшафта. Как барханы в пустыне или сосульки на Аляске. И поэтому Хампа Петерсона примут именно за Хампа Петерсона, даже если они вовсю будут искать инспектора Дэниэльса. И даже самая злобная и циничная из них увидит в нем всего лишь сексуально озабоченного калеку, который решил, что его пожалеет какая-нибудь сердобольная бабенка и переспит с ним этой ночью. И если ему повезет, то Хамп Петерсон, даже оставаясь у всех на виду, будет совсем незаметен, как парень, изображающий Дядюшку Сэма на параде в честь Дня независимости.
Не считая этого маскарада, его план был предельно прост. Он найдет место, где в основном «кучкуются» женщины из «Дочерей и сестер», и будет наблюдать за ними в образе Хампа Петерсона, ненавязчиво и со стороны – за их играми и разговорами, за их пикником. Когда кто-нибудь предложит ему гамбургер, или хот-дог, или кусок пирога (а он даже не сомневался, что какая-нибудь милосердная шлюшка именно так и поступит; вообще кормить мужчин – это, наверное, какой-то условный рефлекс или инстинкт, заложенный в женщин от природы), так вот, он возьмет эту самую еду, сердечно поблагодарит и съест до последней крошки. Он будет общаться, если с ним заговорят, а если представится возможность выиграть какую-нибудь игрушку на одном из этих их дебильных конкурсов, он отдаст ее первому попавшемуся ребенку… главное, чтобы его не вывели из себя. За этим надо следить, потому что в последнее время его все бесило – любая мелочь.
Но в принципе он будет только наблюдать. Искать свою бродячую Розу. Никаких проблем быть не должно, если он впишется в окружающий пейзаж – и он обязательно впишется. А дальше уже – дело техники. Тем более что он вообще чемпион по наблюдательности. А когда он ее разыщет, он разберется с ней прямо здесь – в парке. Надо только дождаться, пока ей не понадобится в туалет, пойти за ней и свернуть ей шею, как какому-нибудь цыпленку. Все будет кончено в считанные секунды, и вот это как раз и было основной проблемой. Ему не хотелось, чтобы это закончилось в считанные секунды. Ему хотелось отыграться за все. Хотелось как следует поговорить с этой стервой, долго и обстоятельно. Получить полный отчет обо всем, что она делала с тех самых пор, как сбежала с его кредиткой. Полный отчет, от и до. Он спросит ее, каково оно – воровать его деньги, набирать код и понимать, что она может вот так вот запросто взять его деньги… его деньги, черт побери, он их зарабатывал, сидел на работе допоздна, ловил всяких козлов, которые могли сделать все что угодно, если поблизости не находилось таких парней, как он, чтобы остановить этих подонков. Ему хотелось спросить, как ей вообще пришло в голову, что ей удастся скрыться. Скрыться от него.