А потом, когда она расскажет ему все, что он хочет услышать, говорить будет он.
Ну, может быть, «говорить» – не совсем точное слово для описания того, что он собирался с ней сделать.
Первый шаг – найти ее в толпе. Второй шаг – следить за ней с безопасного расстояния. Третий шаг – пойти за ней, когда ей наконец надоест и она уйдет с праздника… может быть, после концерта, а может, и раньше, если ему повезет. Он вполне может выкинуть это кресло, когда уйдет с территории парка. На нем, конечно, останутся отпечатки пальцев (пара кожаных байкерских перчаток избавила бы его от этой проблемы и очень бы даже неплохо дополнила образ Хампа Петерсона, но у него уже не было времени бегать по магазинам, тем более что с ним приключился очередной «фирменный приступ»). Впрочем, об этом не стоило переживать. Ему почему-то казалось, что отпечатки пальцев будут самой мелкой из всех проблем, которые обрушатся на него потом.
Он хотел пообщаться с ней у нее дома и считал, что это вполне осуществимо. Когда она сядет в автобус (а она точно сядет в автобус, потому что машины у нее не было, а тратить деньги на такси она не захочет), он последует за ней. Если она заметит его раньше – до того как приедет в квартиру, где она проделывала все свои грязные штучки, – он убьет ее прямо на месте, и плевать на последствия. Но если все сложится хорошо, он проводит ее до самой двери – до той самой двери, за которой она будет страдать, как не страдала ни одна женщина до нее.
Норман подкатил к будке, на которой было написано: «БИЛЕТЫ НА ВЕСЬ ДЕНЬ», увидел, что вход для взрослого стоит 12 баксов, протянул деньги парню кассиру и проехал в парк. Путь был свободен; в такую рань в парке еще не собрались толпы. В этом, конечно же, были и свои минусы. Ему нужно быть очень осторожным, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Но он это умеет. Он…
– Приятель! Эй, приятель! Вернись сюда!
Норман резко остановился, вцепившись в колеса кресла, и уставился остекленевшим взглядом на вход в аттракцион «Корабль призраков» и робота-зазывалу в старинной капитанской одежде, который стоял на мостике. «Полундра! Призраки на корабле! Спасайся кто может!» – снова и снова повторял робот-капитан металлическим голосом. Вот ведь блин. Он только что думал о том, что не надо бы привлекать к себе лишнего внимания… и вот вам, пожалуйста.
– Эй ты, лысый! В коляске!
Люди оборачивались на него. Среди них была жирная черномазая сука в красном вельветовом сарафане, с рожей такой же дебильной, как и у продавца с заячьей губой в «Базовом Лагере». Она показалась ему знакомой, но он решил, что это чистой воды паранойя – он не знал никого в этом городе. Она отвернулась и пошла себе дальше, волоча за собой сумку размером с чемодан, но многие продолжали смотреть. У Нормана вдруг взмокло в паху.
– Эй, вернись. Ты мне дал слишком много.
Норман не сразу врубился в смысл сказанного – как будто к нему обращались на иностранном языке. Потом он все-таки сообразил, в чем дело, и испытал несказанное облегчение, смешанное с досадой из-за собственной тупости. Конечно, он дал парню в будке слишком много денег. Он забыл, что сейчас он не взрослый мужик, а инвалид. А инвалидам – скидки.
Он развернулся и подъехал к будке. Из нее высунулся толстый парень, на роже которого ясно читалось, что Норман ему противен. Он и сам себе был противен. В руках у парня была пятидолларовая банкнота.
– Для инвалидов – семь баксов. Ты что, читать не умеешь? – Он ткнул рукой с зажатой в ней пятеркой в табличку с ценами, а потом сунул деньги Норману под нос.
Норману очень хотелось запихать эти пять баксов жирдяю в задницу. Но он просто взял деньги и положил их в один из бесчисленных карманов куртки.
– Извините, – сказал он смиренно.
– Ага, – сказал парень в будке и отвернулся.
Норман вновь покатил по аллее в глубь парка. Сердце бешено колотилось в груди. Он так тщательно продумал свой новый образ, проработал план до мелочей, и уже в самом начале сделал не просто глупость, а невероятную глупость. Что с ним такое творится?!
Он не знал, но отныне и впредь таких оплошностей не будет.
– У меня все получится, – сказал он себе. – Черт подери, у меня получится.
– Полундра! Призраки на корабле! Спасайся кто может! – заорал у него над ухом робот-капитан, размахивая подзорной трубой размером с унитаз. – Полундра! Призраки на корабле! Спасайся кто может! Полундра! Призраки на корабле! Спасайся кто может!