– Тебя это не напрягает?
– Нннннет, – выдавила она. Того взгляда, который был нужен Норману, все еще не было, но все к этому шло; она была в ужасе от него – от них – это точно.
Норман присел на корточки и свесил руки между широко расставленными ногами, так что резиновые рога Фердинанда теперь смотрели в пол. Он проникновенно взглянул на Пэм.
– Ты хочешь, чтобы я скорее убрался из этой комнаты и оставил тебя в покое, да, Пэмми?
Она яростно закивала.
– Да, так я и думал, и меня это устраивает. Ты мне кое-что скажешь, и я улечу, как ветер. Как прохладный ветер с моря. – Он наклонился к ней, рога Ферда волочились по полу. – У меня только один вопрос. Где Рози? Рози Дэниэльс, где она живет?
– Боже мой. – Вся краска, которая еще оставалась на лице Пэмми – два ярко-красных пятна на скулах, – теперь исчезла, ее глаза распахнулись так, что казалось, они вот-вот вывалятся из глазниц. – Господи боже мой, вы – это он. Вы – Норман.
Это напугало и разозлило Нормана. Вообще-то подразумевалось, что он знает, как ее зовут. В этом и был весь фокус: она не должна была знать его имя. Весь расчет шел на то, что он знает, а она – нет. Пока он лихорадочно соображал, вырабатывая новый план действий, она поднялась с покрывал и рванулась к двери. Она едва не сбежала, но в последний момент Норман вытянул правую руку – на которой все еще была маска. Смутно, словно откуда-то издалека он слышал свой голос. Кажется, он говорил, что она никуда не пойдет, что он хочет с ней поговорить, и очень серьезно поговорить.
Он схватил ее за горло. Она издала сдавленный хрип – вместо пронзительного вопля – и рванулась вперед с неожиданной силой. Он бы ее удержал, если бы не маска. Она соскользнула с его потной руки. Пэм вырвалась, упала вперед, замахав руками, и с глухим стуком ударилась о дверь. Сначала Норман не понял, что произошло.
Он услышал странный чавкающий звук, похожий на хлопок пробки от шампанского, а потом Пэм начала трястись и колотить руками в дверь. Ее голова отклонилась назад под странным углом – как у человека, который внимательно следит за поднятием флага на какой-нибудь торжественной церемонии.
– А? – сказал Норман, и у него перед глазами снова возник Ферд, одетый на руку. Вид у быка был такой, как будто Фердинанд успел нализаться в хлам.
– Упс, – сказал бык.
Норман снял маску с руки и запихнул ее в карман. Теперь он услышал какой-то совсем уже непонятный звук, похожий на стук редких капель дождя. Он посмотрел вниз и увидел, что правая туфля Пэм была уже не белой, а красной. Кровь натекла вокруг маленькой лужицей. Кровь стекала по двери. Руки Пэм все еще дергались, как две беспокойные пташки.
Впечатление было такое, что ее прикололи к двери, как бабочку. И когда Норман подошел ближе, он увидел, что так оно и есть. На проклятой двери был крючок. Когда Пэм рванулась у него из рук, она по инерции пролетела вперед и напоролась прямо на крючок. Левым глазом.
– Какая же ты идиотка, Пэм, – сказал Норман. Он был одновременно зол и испуган, он все еще видел идиотскую ухмылку быка и все еще слышал, как тот говорит «упс», как какой-то дебильный мультяшный персонаж.
Он снял Пэм с крючка. Звук был непередаваемый. Как будто над ухом сломали хрящ. Ее целый глаз – Норману показалось, что он стал еще более голубым, если такое вообще возможно, – уставился на него в безмолвном ужасе.
Потом она открыла рот и завизжала.
Норман отреагировал мгновенно. Он даже не думал о том, что делает. Его руки действовали сами по себе. Он схватил ее за щеки, сжал ладонями челюсти и резко провернул. Раздался короткий хруст, как будто кто-то наступил на кедровую шишку, и она обмякла в его руках. Пэм отошла в мир иной, и все, что она могла знать о Розе, умерло вместе с ней.
– Ах ты идиотка, – выдохнул Норман. – Это надо же так умудриться – попасть крюком себе в глаз.
Он тряхнул ее со злости. Голова Пэм безвольно перекатилась из стороны в сторону. Впереди на ее белой униформе расплылось красное пятно. Он отнес Пэм обратно к покрывалам и бросил ее там. Она распласталась, раскинув ноги.
– Шлюха развратная, – сказал Норман. – Даже дохлой тебе неймется? – Он сложил ее ноги вместе. Ее рука соскользнула и упала на покрывало. Он увидел странный перекрученный браслет у нее на запястье, похожий на кусок красного телефонного провода. На нем висел маленький ключик.