– Ты что, снова начал курить? – спросила она.
Его глаза под резиновой маской с рогами в гирляндах цветов были совершенно безумны. Нижняя часть маски судорожно дернулась, как будто человек, заключенный внутри, попытался улыбнуться.
– Роза, – сказал бык. – Прекрати.
– Я не Роза, – сказала она и презрительно рассмеялась, как будто сейчас она разговаривала с самым тупым существом на свете, с el toro dumbo, тупым быком. – Я Рози. Настоящая Рози. А вот ты, Норман… ты уже не настоящий, правда? И ты сам это знаешь. Но для меня это уже не имеет значения, потому что я с тобой развожусь.
Она развернулась и бросилась бежать.
Ты уже не настоящий, повторил он про себя, обходя упавшее дерево со стороны кроны, где было достаточно места, чтобы пройти. Она убежала уже далеко вперед, однако Норман не стал напрягаться и бежать следом за ней что есть мочи. В этом не было необходимости. Внутренний голос, который еще никогда его не подводил, сказал ему, что чуть дальше упавшего дерева тропа заканчивается. По идее, ему бы следовало приободриться, но у него в голове снова и снова звучали слова, которые Роза бросила ему в лицо перед тем, как в очередной раз вильнуть перед ним хвостом.
Я – Настоящая Рози. А вот ты, Норман… ты уже не настоящий. И ты сам это знаешь. И еще: я с тобой развожусь.
Ладно, подумал он, давай расставим все точки над «i». Развод так развод, я согласен. Но на моих условиях, Рози.
Он пробежал еще чуть вперед, потом остановился, провел рукой по лбу и вовсе не удивился, когда обнаружил, что лоб весь мокрый. И ему даже не пришло в голову, что на нем все еще была маска.
– Лучше вернись назад, Роза! – выкрикнул он. – Это последний шанс!
– Попробуй поймай меня, – крикнула она в ответ, и ее голос теперь прозвучал по-другому, хотя Норман так и не понял, в чем отличие. – Давай догоняй. Осталось совсем чуть-чуть.
Да, осталось совсем чуть-чуть. Он гонялся за ней по всей стране, залез вслед за ней в другой мир, или сон, или хрен знает что это такое, но теперь он ее догонит.
– Тебе некуда больше бежать, лапуля, – сказал Норман и пошел на звук ее голоса, сжимая на ходу кулаки.
Она выбежала на круглую поляну и увидела себя, стоящую на коленях перед единственным живым деревом – спиной к тропинке, с низко склоненной головой, как в молитве или глубокой задумчивости.
Это не я, с нервной дрожью подумала Рози. На самом деле это не я.
Но сходство было действительно поразительным. Эта женщина, стоящая к ней спиной на коленях перед гранатовым деревом, вполне могла быть ее двойником. Они были одного роста и одного телосложения: те же длинные ноги, те же широкие бедра. И на ней был точно такой же мареновый хитон, который темнокожая женщина называла дзатом, и ее светлые волосы были заплетены в косу в точности как у Рози. Их единственное различие заключалось в том, что на руке у женщины не было браслета, потому что он был у Рози. Но Норман вряд ли это заметит. Он никогда не видел у Рози такого браслета, и потом, в его теперешнем состоянии он едва ли обратит внимание на такую незначительную деталь. Но потом Рози заметила кое-что, что вполне мог заметить и Норман, – темные пятна на плечах и затылке у Розы Марены. Они подрагивали, как голодные тени.
Рози остановилась, глядя на женщину, которая стояла на коленях под деревом, омытая лунным светом.
– Я пришла, – неуверенно проговорила она.
– Да, Рози, – ответила ей та, другая, своим сладостным, жадным голосом. – Ты пришла, но тебе нужно пройти чуть дальше. Вон туда. – Она указала рукой на белые ступени, уводящие вниз, под высокий каменный портал с надписью ЛАБИРИНТ. – Я хочу, чтобы ты спустилась туда. Недалеко – десяти шагов будет достаточно, если ты ляжешь там на ступени. Главное, не смотри сюда. Тебе не нужно на это смотреть… впрочем, если захочешь, смотри.