— Не станет она оборотнем от этого…
Из своей комнаты Адриана могла видеть только широкую спину говорившего.
— А силы и здоровья моя любовь ей придаст.
— Да какая еще любовь?
Хозяйка недовольно загремела посудой.
Адриана улыбнулась, вспомнив, что вытворяли они ночью с Вульфом, и краска стыда залила ее щеки. До него она ни с кем не была. Но тот был невероятно ласков и нежен. Казалось, что с каждой каплей своего семени, он передавал раненой жизненную энергию…
— А что ты хочешь отыскать на тропе и в имении? — спросил Вульф, продолжая нежно обнимать Адриану.
— Не знаю, — равнодушно пожала та плечами.
Она лгала — не хотелось говорить о своих догадках раньше времени. Когда сменит юбку на брюки, тогда можно будет все рассказать. А пока следует таиться не только от Филомель и ее «праведного» гнева, но и всех прочих. Кто она такая, чтобы шастать в имение? Девушка права. Надо заканчивать с расследованием и наказывать убийцу.
Адриана улыбнулась и провела пальцами по губам Вульфа. Тот схватил ее руку и прижал к своей щеке. Неожиданный поцелуй многое ей напомнил.
«Нет, — Адриана покачала головой, — племянник Казандры Гарс с манерами аристократа никак не может быть тем оборотнем, что пришел ей на помощь в лесу, спас жизнь, а потом лечил таким странным образом. Но, как и обещал голос с приятной хрипотцой, Адриана оборотнем не стала. По крайней мере, на луну она не выла и шерстью раз в месяц не покрывалась.
— Помощь требуется? — спросил Вульф.
Адриана кивнула.
— Попробуй убедить Филомель, что от графа мне ничего не нужно, — попросила она его. — Не нужно, чтобы она следила за мной. Еще попадет в неприятности…
Адриана все перечитывала и перечитывала графские летописи — в них она не пыталась отыскать разгадку произошедшего в лесу. Она разыскала убийцу и пыталась его спровоцировать. Тот занервничал — вокруг нее раскалился воздух, нутром чувствовала, на такое у нее был нюх. А потом она, как собака, шла по следу.
Адриана засиделась в графской библиотеке, не обратив внимания, что за окном давно стемнело. Впрочем, она вряд ли бы это заметила — в библиотеке и в солнечный день всегда горели масляные лампы, так как на окнах были не только плотные портьеры, но и глухие ставни, чтобы книги не портились, не желтели, а чернила не выцветали от яркого света. Перед ней лежал старинный фолиант в кожаном переплете с серебряными чеканными уголками. Адриана уже долгое время не переворачивала страницу, рассеянно глядя на буквы, выведенные каллиграфическим почерком. Писала явно женская рука, не мужская. Наконец она перевернула лист и нахмурилась — почерк тот же. Адриана перелистнула еще несколько страниц вперед, а потом вернулась назад. Ошибки быть не могло — вся книга написала одним человеком, причем женщиной. Она пыталась изменять наклон букв, модифицировать почерк, только ей это плохо удавалось.
— Подделка, — прошептала Адриана.
Он осторожно, еле заметно, растрепала уголок самого первого листа фолианта — под желтым верхом искусственно состаренной бумаги находилось более светлое нутро. Лет через сто бумага и внутри пожелтеет, но не сейчас…
— Новодел, — фыркнула Адриана, захлопывая книгу.
Ей подсунули не настоящие графские летописи, а фальшивку с описанием тех легенд, которые пересказывали в деревне и упоминала Калей. А где искать правду? Только не здесь — это стало понятно. И что же? Впрочем, правда ей не нужна. Довольная Адриана встала со стула: отсутствие результата — тоже результат.
Она вышла на улицу и ужаснулась, как темно на дворе. В первую секунду решила, что пойдет по проторенной дороге домой, но потом решила, что по тропе быстрее и надежнее — там она уже знала каждый кустик, каждую травинку, могла и с закрытыми глазами добежать до дома Беннеттов. И ко всему прочему у нее там припрятано платье Дезире — не могла она возвращаться по дороге домой…
Появившаяся луна осветила серебром тропу — Адриана зашагала веселее. Еще несколько шагов, и можно будет переодеться. В там она пробежится по лугу и здравствуй, дом.
Чья-то темная тень мелькнула возле ее схрона, раздалось негромкое рычание. Адриана крепче сжала серебряные кинжалы.
— Мы не убивали девушек, — прорычал голос из кустов, и на дорожку вышел молодой оборотень, сверкая в темноте желтыми глазами.
И в это же самое мгновение, возникнув словно ниоткуда или спрыгнув с луны на небе на все четыре лапы, рядом с Адрианой возник огромный волк с оскаленной пастью.
— Зверь на зверя не нападает, — произнесла она и положила одну руку на его вздыбленный загривок. Второй же рукой она продолжала сжимать кинжалы на всякий случай.