— Ну что? — произнес многозначительно Алекс, — Вопросы, кто подрезал подпругу у Дэна и подсунул колючку Адриане, так и остались открытыми.
— Висяк, — вздохнула Адриана.
— Висяк, — согласился с ней Алекс.
И одну, и второго мучали какие-то смутные сомнения, словно невидимая нить не давалась им в руки. Вот она мелькнет перед лицом и исчезнет, как только потянешься за ней.
— Адриана, — произнес Алекс, — я попросил бы тебя обязательно сходить на пикник, где будут готовить несчастную козу.
— Я не люблю жареное на открытом огне мясо, — попробовала отказаться та, но у Алекса был такой просящий взгляд. А Мартин так многозначительно покачал головой, что Адриане пришлось согласиться и отложить свой отъезд еще на пару дней. Она уже безумно соскучилась по Исидору, с которым созванивалась по несколько раз в день, как только выпадала свободная минутка, и каждый раз торжественно обещала ему, что именно завтра она уже отправится домой, так как ее командировка завершена. И опять придется задержаться на целых два дня.
— А вот в паб попрошу не ходить, — продолжил Алекс.
— Почему? — непонимающе взглянула на него Адриана.
— Я не прав, — ответил Алекс. — В паб тебе обязательно надо сходить. И всем и каждому говорить, что ты появишься только на пикнике и сразу уедешь, мол, охота для тебя окончена, делать тебе здесь особенно нечего, и появились неотложные дела.
— Есть предположения или подозрения?
— Есть, — кивнул Мартин, ответив вместо Алекса.
— Да, и еще одна немаловажная деталь, — проговорил Алекс. — Ничего не пей в пабе. Вообще ничего.
— Как это ничего? — обиженно надула губы Адриана. — Нет, я так не могу. Мне для веселья обязательно пригубить надо.
— Не надо, — настойчиво добавил Мартин. — Тебе и без выпивки бывает весело. Но если будет невтерпеж, хлебнешь из моего бокала или Алекса…
Пикник удался на славу.
На опушке леса, откуда обычно стартовали охотники, был разведен костерок в выкопанной небольшой ямке, чтобы там собирался жар от можжевеловых и черемуховых полешек. Над ямкой соорудили вертел по типу старинного. Опытный повар подготовил тушу козы к жарке и, ловко насадив ее на вертел, вращал длинную рукоять, чтобы мясо равномерно обжаривалось со всех сторон, но не подгорало. Когда он считал, что часть мяса уже готова и ее можно подать на столы, расставленные здесь же, по опушке, то огромным ножом он срезал куски и под веселые выкрики охотников предлагал им подкрепиться.
Пронырливый владелец паба и тут оказался на своем месте и предлагал безостановочно и горячие напитки, и горячительные, которые в слегка морозный денек были опять-таки весьма кстати.
По мере поедания козы и принятия напитков разговоры и смех становились все громче, а шутки все скабрезнее. Особенно доставалось Адриане, которая на глазах у изумленной деревушки поменяла одного мужчину на другого. Та пыталась шутить и отбиваться от сальных шуточек. Хорошо еще, что Вульфа не было, а то она бы чувствовала себя совсем не в своей тарелке. Несколько раз даже пожалела, что вообще заявилась на пикник, особенно после пошлой шутки Тома, который спас ее на охоте. Тот уже изрядно подвыпил и, похоже, не совсем осознавал, что уже не шутил, а говорил пошлости. Он приобнял Адриану и заявил во всеуслышание: — И сегодня я буду у Адрианы в постели, она мне должна.
Положение спас, как это ни странно, вдруг появившийся на пикнике Вульф, не любитель подобных мероприятий.
Он встал с другой стороны, тоже приобнял Адриану и громко сказал своим раскатистым басом: — Мне тоже Адриана должна. Я тоже буду с ней в постели сегодня.
Никто не ожидал, что он подмигнет Тому и спросит: — Тройничок, если дама согласна?
— Я не согласна, — истошно заверещала вдруг виновница переполоха, оказавшаяся зажатой между двумя мужчинами. Она была абсолютно трезвая по просьбе Алекса и совершенно не воспринимала шуток, принимая все за чистую монету. — Я выпить хочу. Отпустите меня, — стала она отбиваться.
Все громко рассмеялись, но Том с Вульфом Адриану отпустили. А та красная от возмущения подбежала к своему столику, взяла в руку кусок мяса и стала оглядываться в поисках официантки, которая незамедлительно появилась перед ней с кружкой эля.