То ли судьба, то ли что-то иное, медленно и неотвратимо устраивали случайные знакомства с теми, кто погиб в автокатастрофе. Все эти люди были близки и дороги Нариз, но никогда ни она, ни остальные члены маленького тайного братства не посвящали родных в секрет их появления здесь.
И все же, пусть и жили они далеко друг от друга, и виделись редко, каждый из них знал – случись что, помощь придет незамедлительно. Это помогало не бояться трудностей и проблем.
Сложно сказать, вмешивались ли случайности или воля Богов, в которых Нариз так до конца и не верила, но пару раз, при личных встречах, она пыталась обсудить эту тему с Тиной. И каждый раз что-то отвлекало от разговора – то разбивший коленку Маркус, наследник рода Ронхардов, гордо сдерживающий слезы, то крошка Нийя, первенец Тины, которая требовала немедленно выпить чаю с ее куклами: «Иначе Мисси и Арния обидятся, мама!».
После рождения Маркуса фаранд Контеро начал собирать для внука сборник сказок.
-- Когда малыш Маркус подрастет, я лично буду учить его читать!
Рейг испытывал к маленькому племяннику довольно сложные чувства – он слабо понимал, что делать с таким крохой. Ему уже было восемнадцать и некоторая подростковая угрюмость начинала сглаживаться, но играть с племянником он все еще побаивался:
-- Нариз! Забери у меня это маленькое чудовище! Он чуть не отгрыз мне пуговицу!
ПРОШЛО ЕЩЕ ЧЕТЫРЕ ГОДА
Когда через три года после рождения Маркуса Нариз родила двух девочек-близнецов Линду и Мирину, дядя окончательно смягчился и, возможно, успел бы избаловать малышек до безобразия, но и тут Нариз повезло.
В приграничном поместье, том самом, где Леон выращивал свой первый перец, управляющий получил неплохое наследство и решил уволиться. После долгих семейных споров Рейг отправился попробовать свои силы.
Расставание было не таким уж и легким. И Нариз, и отец понимали, что видеться они теперь смогут раз в два-три года, а то и реже. Но и Нариз, и фаранд Контеро знали – нельзя вечно держать молодого парня под крылом.
Через месяц после проводов Рейга, Леон по делам ездил в Гордеро и застал фаранда Контеро в удручающем состоянии.Раздумывать слишком долго он не стал и, заявив, что внукам необходимо присутствие деда, перевез фаранда в замок.
Решение оказалось более чем удачным. Фаранд Контеро по-прежнему с трудом ходил, но ум его был ясен, и он охотно проводил время и с шестилетним Маркусом, и с двумя болтливыми внучками. Нариз даже показалось, что он немного помолодел.
Она так никогда для себя и не решила вопрос, был ли ее сон накануне родов кусочком странной реальности, но она отчетливо помнила и удивительной красоты цветок на ладони Эрины, и обещание Даркана больше никогда не вмешиваться в их жизнь.
Но не вмешиваться самому – это же совсем не значит – бросить навсегда и забыть?
Нариз долго вынашивала некую мысль и копила деньги, и к пятилетию близняшек в Карте под патронажем храма был открыт детский приют Эрины милосердной. Как практичный человек, Нариз рассудила так: «Есть там боги или их нет, а дети не должны жить в холоде и голодать».
За лавками с пряностями в Гордеро, также как и за состоянием палаццо, следил Корт. Последние годы неустающий радоваться на расцветающие земли Ронхардов. Он до сих пор в тайне гордился тем, как ловко он все провернул, устроив брак Леона и Нариз. С каждым годом его роль в этом браке казалась ему все более значительной. Но он благоразумно молчал, хотя в глубине души слегка раздувался от важности.
Надо сказать, что и его жизнь,и благополучие сильно продвинулись за последние годы. Небольшой домик, который он мог себе позволить в начале службы, сейчас сдавался в аренду, а семья перебралась в добротный особняк Контеро. К детям приходили наемные учителя, а жена все также оставалась красавицей. Так что, пожалуй, единственная просьба, которой Корт беспокоил богов, звучала так: «Хоть бы и дальше ничего не менялось!».
А ВРЕМЯ ВСЕ БЕЖИТ И БЕЖИТ...
Под руководством Катиш Волт дослужился до серьезной должности мажордома. И приобрел наконец-то на радость жене, небольшое брюшко для солидности.
Катиш на три года оставляла службу, родив Волту двоих мальчишек-погодков. А потом, к удивлению многих, запросилась назад на работу, почти бросив собственный дом и детей на прислугу, как шептались сплетники в замке. Больше всего их удивляло, что ридгана не только взяла горничную и повысила ее в должности, но и сочла необходимым оплачивать ей няньку.
Однако, Катиш расцвела и похорошела на глазах – будучи слишком деятельной и хлопотливой натурой, она скучала в своем маленьком хозяйстве, а выйдя на должность старшей горничной, ощутила крылья за спиной.