- Почему я должна верить тебе?
- Ты можешь и не верить. Но ты падаешь сейчас.
Эльфийка почувствовала холодок по спине.
- Сверху на тебя надменно смотрит принц из ледяной страны. Но ты падаешь сейчас, а внизу – острые скалы.
- Как же быть? – Испуганно спросила она.
Дракон усмехнулся, улегшись поудобнее под сенью дерева, чтобы избежать попадания на кожу капель дождя, и начал говорить издалека.
- Однажды, теплым весенним вечерком, когда лучи заката ласкали зеленую листву…
- А, господин дракон, нельзя ли начать несколько ближе к делу? – Она смотрела на него вопрошающе.
- Подожди, я не закончил. – Дракон явно любил поговорить, - Ну вот, ты меня сбила. Но иногда повторить тоже полезно, правда? Так вот, однажды, теплым весенним вечерком, когда лучи заката ласкали зеленую листву, я слушал пение птиц, лежа на невысоком уступе у подножия Вересковой Горы, с которой открывался великолепный вид на Лесное Королевство. Скажу по секрету, там, на том уступе, растет изумительный крыжовник. Только никому не говори. – Встретив недовольный взгляд эльфийки, дракон откашлялся и продолжил, - Так вот, глядя с высоты на все это великолепие, я услышал шаги, поднимающиеся в башню. Сердце подсказало мне, что что-то должно произойти. Я видел принца и принцессу в серебристо-жемчужном платье.
Измира чуть прищурила глаза и слегка наклонила голову.
- Ты видел? Чем ты сможешь мне помочь теперь? Я уже падаю.
Улыбнувшись, дракон произнес:
- Падаешь. Но не настолько быстро, чтобы тебя нельзя было спасти. Если ты согласна отдать свое сердце морю и глубине, то я спасу тебя.
- Я скоро упаду…
- Соглашайся скорее.
- Скалы близко…
- Ну же!
- Я согласна! – Громко выкрикнула она.
Видение стало меняться, и вот уже там, где только что был дракон, разлилось море, и принцесса, в жемчужном облачении тонула, неумолимо приближаясь ко дну.
И тут принцесса проснулась, резко вскочив и учащенно дыша.… Всего лишь сон. Отголосок воспоминания. Она быстро скинула плед со своих ног, убедившись, что все хорошо. Она облегченно вздохнула.
- Измира?
Она посмотрела в сторону двери. В дверном проеме стоял Арден, держа в руках две чашки с дымящимся чаем. Он подошел к ней, дав ей одну и присев рядом на колени.
- С тобой все хорошо? – Он погладил ее по ноге, обеспокоено вглядываясь в лицо.
- Да… Просто… - Она вертела в руках чашку, полную ароматного чая. – До сих пор снятся сны.
- О чем? – Он чуть склонил голову, отпивая горячий чай.
- О моих днях, которые словно подернуты пеленой. Я почти ничего не помню, но во снах все происходит, словно явь. – Она смотрела перед собой, вспоминая, как плавала в ледяной воде, способная обходиться без воздуха. – Как только я засыпаю, я вижу под закрытыми веками синюю воду и себя с серебристо-жемчужным хвостом. Будто частичка меня после возвращения на сушу все еще отдана морю.
Он увидел, как ее глаза наполнились слезами.
- Измира, посмотри на меня. – Арден погладил ее по щеке. – Не нужно плакать, принцесса. Я бы любил тебя хоть с твоим хвостом, хоть с этими двумя прекрасными ножками. Главное, что сейчас мы вместе, и на суше ты счастлива, а в мире грез оставайся русалочкой. Самой прекрасной, что когда-либо принимало море. – С этими словами он легко поцеловал ее руку.
Она ему улыбнулась.
- Когда твой брат вытолкнул меня в окно целую вечность назад, я утратила всякую веру.
- Но мне же ты поверила. – Он говорил, с нежностью глядя в ее серые глаза.
- Потому что увидела спасение. И теперь боли нет места в моей жизни.
- Я хотел тебя спасти. – Он держал ее за руку. – Я потерял рассудок, как только увидел тебя.
Она неуверенно наклонилась к нему, поцеловав. И все же это было намного прекраснее короны.
В тот день… в тот день она приплыла к берегам Изары. И не знала себе покоя, пока не встретилась с Арденом. Для нее существовало лишь бескрайнее северное море и боль от предательства. И глубина. Знал бы кто, насколько одиноко бывает среди морских глубин! Но Арден знал. И, встретив сочувствие в его глазах, искреннее сожаление, что он не успел тогда спасти ее, она доверилась ему. И, как оказалось, все было не зря.
Яблоневый цвет.
Небо окрашивалось в нежно-оранжевый и небесно-голубой, предвещая теплый солнечный день. Еще первые лучи не успели коснуться макушек вековечных дерев, лесные птицы уже робко начинали петь свои песни в ветвях деревьев, которые словно привидения едва-едва виднелись сквозь утренний туман. В изумрудной траве мерцала роса, на фоне которой вырисовывались неземной красоты цветы. По долинам и полям витал стелющийся туман, сквозь который пробивались лучи уже всходящего солнца. Пение птиц было завораживающим, становясь все громче, из-за все присоединяющихся к лесному хору новых певцов. Средь всего этого великолепия возвышался величественный дворец Исталиас, который был словно соткан из свежести, солнечных лучей и ароматов трав, совмещая в себе все красоты Королевства. В западном крыле на третьем ярусе располагались покои принцессы. В распахнутое настежь окно врывались ветви цветущей яблони, заполняя помещение тонким ароматом весны и утренней свежестью. В самих покоях, заполненных ласковыми лучами солнца, в кровати с белоснежными простынями спокойно спал изарец. Растянувшись на мягкой перине, он глубоко дышал приятной утренней свежестью, блаженно улыбался солнцу, которое светило на его лицо. Вдруг, кто-то мягко коснулся его лба, убирая с лица челку. Он открыл глаза.