Спускалась с холма Роза уже, когда в небе звезды стали тонуть в разлитом свете, лившимся откуда-то из-за грани ночи. Путь вверх и обратно обычно занимал много времени. На душе у нее сейчас было так спокойно и светло. Возможно, так на нее повлияла лисья магия? Она помнила этот лес до того, как сюда пришли лисы: лес не полнился магией до краев и не был столь пышным и щедрым на растительность и существ. Почитать лис в этих краях стали после нападения темных сил на Королевство. Она помнила, словно вчера: разрушенные стены и башни, везде пылал огонь, а орды каких-то ужасных созданий тьмы, созданных магией жестокого изарского короля, грабили, убивали, ломали все, что было создано эльфийским народом. Воевали эльфы и существа, называющие себя выворотни. Рожденные в Черной крепости, с помощью темных чар и колдовства, эти существа служили только своему господину, поручавшему захватывать свободные поселения и города, уничтожать целые державы, некогда блещущие величием и славой, а ныне стоящие в руинах. … Они выглядели почти как люди, если бы только не было этих жутких черных глаз, лишенных зрачков, и уродливых клыков, торчащих во все стороны. Эти существа жили в мире теней, хаоса и ужаса, в темных подвалах заклятых Черной магией замков. Где-то далеко, очень далеко на севере, на высоком холме располагалась их крепость, овеянная ореолом страха и печали, с огромными, тянущимися вверх, островерхими башнями. В округе этого холма некогда рос и цвел молодой зеленый лес, пестрый и благоухающий, средь великолепия которого, казалось, будто бы тот холм плотно защищен куполом, надежно оберегающим это гиблое место от лучей солнца и свежего ветра. Но сейчас тот замок закован во льды, а вокруг простираются лишь бескрайние заснеженные поля. А все было из-за легендарных железных цветов, коими так мечтал обладать ледяной король. Хоть Розабель была совсем малышкой, но она помнила очень отчетливо тот день, ведь именно тогда в ней пробудилась ведьмовская сила. Обуревавшие ее отчаяние и страх вылились в еще более ужасающую силу, чем все силы тьмы вместе взятые. Она закрыла глаза и шепнула всего несколько слов: «пусть пойдет дождь». И в этот же миг небеса разразились ужасающим кошмаром: молнии били в землю одна за другой, гром оглушающе гремел, что не было слышно даже рева адских существ, а морские волны били о берег под дворцом так, что земля стала осыпаться, а мир накрыла плотная, как гранит, стена ливня. Но девочка не могла контролировать свою силу, и ее шторм смыл и уничтожил не только темных тварей, но и эльфов. После окончания битвы, все звуки смолкли, и даже страшный шторм наконец утих. Но какой ценой… Разруха и хаос царили в великом лесу. Некогда великом. Кровь эльфов покрывала землю, разрушенные стены светлой твердыни, перемешиваясь в контрасте с черной кровью темных выворотней. Угнетающая, ужасная тишина стояла в округе дворца, да что там! Во всем лесу. Тишина, режущая слух, словно острый кинжал, хотелось кричать от боли, от осознания того, что все уже случилось. Битва окончилась победой эльфов, но не было радостных песен, не было пира, не было праздника. Когда все закончилось, тенью король бродил среди всего этого, по колено в дождевой воде, словно лишенное каких-либо чувств привидение, оглядывая каждого, кто уже лежал бездыханный, словно мраморное изваяние…
Она дернула головой, отгоняя от себя нахлынувшие воспоминания. То было давно, нынче на Эллие все стало спокойно, жизнь шла своим чередом. С тех пор Роза жила в лесу, чтобы больше никому и никогда не навредить, и так будет всегда. За воспоминаниями Роза даже не заметила, как добралась до причала, чье приближение возвестил крик чаек и множество голосов эльфов. В бухте стояло около дюжины парусных кораблей, что покачивались на волнах теплого южного моря, все как один покрыты вязью символов и рун – эльфийское поверье гласило, что написанные на бортах корабля слова сбываются, едва судно выйдет в открытое море. Ближе всего к берегу и Розабели стояли два судна-близнеца на золотых парусах. Но, присмотревшись, было ясно видно, что паруса на самом деле белоснежные, а золотом отдавала тонкая роспись по полотну. Роза фыркнула. Она знала, чьи это суда. У нынешнего короля Эллии было двое детей-близнецов – взбалмошностью и заносчивостью характера не уступающие своему отцу. Далее стояли судна крупнее, но больше всего здесь было мелких разноцветных лодочек на парусах и без них, что принадлежали рыбакам из ближайшего селения. Но не это заставило Розу встать, не в силах сделать еще хотя бы шаг. Более всего приковывала к себе внимание гордость эллийской державы – корабль, что своим величием затмевал все очаровательные яркие лодочки и даже золотых близнецов. Мурена. Розабель была начитана и наслышана об этом корабле, но увидеть его воочию, поистине, было невероятно настолько, что дух захватило. Это гигантское судно было темным, почти черным, но покрытым серебряными рунами, и даже паруса его, цвета темной морской волны, отливали чистым серебром в свету, сияя, словно россыпь бриллиантов. Корма корабля была украшена фигурами тюленей и дельфинов, а на носу красовалась фигура прекрасной русалки в короне. Мурена качалась на волнах из стороны в сторону так сильно, что иной раз можно было занервничать, что оно вот-вот перевернется. Это воплощение силы морской стихии внушало такую невероятную мощь и величие, как каменная крепость сулит защиту страннику до скончания веков. Глубоко вздохнув, насладившись красотой Мурены, Роза зашагала к пристани. Именно на этот корабль она хотела попасть, дабы отправится в неведомые ей доселе земли.