В данный момент мы находились в гостях у его дяди. В первый и последний раз я видела его, когда меня представили как возлюбленную Флойда. Тогда-то я и произвела впечатление на дядюшку Уолтера и не лгала, отзываясь о нем в ответ, как о хорошем человеке.
— Ты очень красивая девушка, Вивьен, — последовало от него после приветствия, пока мы располагались в его сказочной гостиной со вкусным ужином и бокалами вина непревзойденного аромата.
— Спасибо, мистер Хьюз, — мои щеки тут же залились краской, он не старался скрывать своего любопытства.
Домашняя обстановка и ничем невыдающаяся встреча близких для него людей приятно удивляла, а его — мое долгожданное присутствие в доме с Флойдом. Но, оказалось, видеть мою персону явилось прихотью дядюшки, а не столько желанием его горячо любимого племянника лишний раз продемонстрировать меня во всей красе. Семья Хьюз была намного меньше, чем их собственная строительная компания. По словам Уолтера, их фамилия состояла из одних мужчин — Флойда, Грега и самого мистера Хьюза.
Я и ранее была наслышана о печальной истории кончины родителей мальчиков. Они погибли в авиакатастрофе, когда одному было двенадцать, а второму десять лет. Уолтер стал опекуном и по праву считался их отцом. Но так и остался любимым дядюшкой. Понятия не имела, почему Флойд отзывался о нем как о старике, которого ждет кончина. Уолтер безусловно опровергал слова старшего племянника своим прекрасным видом. Возможно, у него имелись связи с женщинами, но рядом с ним я не видела больше никого, кроме тех двоих и нескольких партнеров в первый вечер знакомств.
Что касалось Грега, он был полной противоположностью Флойда. Темноволосый брюнет с карими глазами и поджарым телом напоминал одного из известных актеров. Более спокойный и уравновешенный. Глаза его были темные с хитринкой и, как ни странно, не пугали и не прожигали насквозь, как взгляд его старшего брата. Похоже, что он слыл дамским угодником. На той встрече я видела его в сопровождении разных девушек модельной внешности.
Флойд?
Я старалась не думать о том, что он встречался с кем-то еще. Было невыносимо терпеть его переменчивый характер и не всегда приемлемое к себе отношение, но думать о другой женщине в его постели у меня не было сил. Что и говорить о нем. Его ревность распространялась везде, где бы мы ни были. Только вот, почему боль его срыва и гнева доставалась именно мне?
— Грег, сынок, — обратился Уолтер к племяннику, — ты сегодня на удивление один. Где же твоя Мери? Или, может быть, Маргарита? Лили?
Флойд громко хохотнул на слова дяди. Очевидно, между братьями существовала своего рода гонка за лидерство, а желание угодить своему дядюшке — и подавно. Мой спутник уверенно лидировал, чего я не могла сказать о Греге. Брюнет улыбнулся уголками рта и стрельнул в меня глазами, ничего не ответив на шуточку дяди. Впервые мне стало не по себе.
— Бери пример со старшего брата, — довольно улыбаясь, Уолтер с бокалом в руке указал в мою сторону. — Наконец-то, парень нашел свою единственную. Да, Флойд?
— Без сомнения, дядя.
Своей рукой упомянутый племянник обвил мою талию в крепчайшем тебе-никуда-не-деться-от-меня жесте, пока его взгляд излучал триумф. Можно было не напрягать зрение, оба брата и в этом вопросе вели соперничество между собой.
— Анастасия неважно себя чувствует. Просила извинить «ваше величество» за отсутствие на сегодняшнем семейном ужине, — съязвил второй племянник с определенным намерением.
— Анастасия, — задумчиво повторил Хьюз старший. — Что ж, имя интересное, надеюсь и девушка соответствующая?
— Не волнуйся, она замечательна и умна, — Грег отпил глоток из своего бокала и вновь мазнул по мне взглядом.
Пришлось быстро осмотреть себя, поскольку его пристальное наблюдение заставило задуматься об откровенности моего наряда. В прошлый раз было именно так, а сейчас на мне уютно сидело приталенное платье средней длины в темных тонах и строгого покроя. Флойд и остальные мужчины были одеты в свободном стиле, обойдясь на этот раз без костюмов.
Далее вечер походил на семейные посиделки у камина с терпким вином и разговорами о жизни. Дядюшка Уолтер с интересом слушай небольшую историю о том, как меня вырастила бабушка, когда не стало родителей. Я была совсем крохой и практически ничего не помнила, и сама она продолжала молчать, когда я звала ее «мамой». Мне стукнуло лет одиннадцать, я начала задумываться о ее преклонном возрасте, который с легкостью выдавал всю информацию. Да и вскоре она сама рассказала, кем являлась для меня на самом деле, и что произошло с моими настоящими родителями. Она всегда была одинокой, дедушки у меня не было, не говоря уже об отце. Так и жили с ней вдвоем до самой ее смерти.