Не возвращалась Маргарита довольно долго, и Дарион подскочил с лавки, быстро сунул ногу в сапожок, высматривая её, изувеченную сторону лица свело судорогой, когда представил, что рядом оказались дозоры и успели перехватить девчонку. Голос разума подсказывал, что он точно услышал бы шум и крики, но сердце тревожно сжалось. Куда бежать не представлял.
— Я тут, — она появилась с другой стороны леса, помахала рукой и ушла под навес.
Дарион удивлённо хмыкнул и сел обратно. Ри переоделась в мужские штаны и рубаху, завязала волосы, чтобы не мешали, платье пока свернула и бросила на скамью. Он не видел, с чем она там возится, но вскоре, Маргарита подошла с глиняной чашкой, где загустевала подозрительного цвета масса, горячим котелком с взваром и тряпками.
— Ногу давай, — она так строго посмотрела на него, что маг опять поднял ногу на лавку, молча наблюдая, как Ри смачивает тряпье в котелке, накладывает на ногу, втирает мазь из чаши, немного болезненно надавливая на точки на щиколотке, где особенно тянуло.
Дарион уцепился руками за скамью, сжал с силой. Внутри пекло от нежности, благодарности и горькой вины. Вид тонких пальцев Маргариты, касающиеся искривлённой стопы и неприятных шрамов, рук, исцеляющих его, почти ласкающих, вызывал жгучую боль. Он не имеет права на подобное. Не заслуживает. Особенно после того, что случилось недавно. Синяки на её запястьях становились чёрными пятнами на его душе.
— Жаль, без стихий, — она вздохнула, взяла длинный лоскут, который вымачивала в котелке и плотно перевязала ногу мага. — Всё, — взглянула со счастливой улыбкой, вызвав новые муки Дариона.
Он взял её за руки, целуя каждый след собственных пальцев на кисти, надолго застывая в касании губами, отчаянно, горько и нежно. Маргарита склонилась, положив голову поверх его низко опущенной головы. Так и сидели вдвоём, не двигаясь, не говоря, в странном сплетении тел и душ, таком же болезненном, как и всё остальное в жизни мага из Хриллингура.
— Тебе лучше держаться дальше от меня, — он резко выпрямился, руки Ри выскользнули из его пальцев. — Я сломаю тебя. Причиню не меньшую боль, чем мог причинить Эльсвер. В чём-то я…такой же как он, — Дарион с трудом проговорил это.
— Неправда, — она прильнула к магу, обхватила ладонями голову, их безмолвие раскрыло для Маргариты истину — Люций любит её. — Ты лучше их всех. Позволь себе не бояться и быть счастливым. Это не просто, но ты сможешь.
Он повёл узкими плечами и попытался вырваться из её рук.
— Кривое дерево не выправишь, Ри.
— Ты сильный. Никто бы не смог пройти твой путь так, как это сделал ты. Ты не видишь себя со стороны, а я вижу другого Дариона — сильного и прямого, светлого и достойного.
— Ты видишь призрака Маргарита. Дарион, о котором ты говоришь, умер в возрасте семи лет и потом умирал снова и снова, превратившись в гниль, когда ему исполнилось пятнадцать Ты же знаешь. Я слишком испорчен для тебя, испорчен во всех смыслах.
— Нет, тот Дарион ещё жив! — Ри положила руку ему на грудь. — Он здесь. Позволь ему жить, не убивай. Не позволяй им победить тебя, — она стала очень серьёзной. — Я всегда буду помнить о настоящем Дарионе и, когда ты сделаешь мне больно, вольно или невольно, всё равно моя любовь останется с тобой, — Маргарита поднялась, ей тяжело давались слова о чувствах, не умела, не знала, как правильно сказать, любое слово казалось тусклым по сравнению с тем сиянием, что она ощущала в сердце.
И она поняла, почему он не приходил. Зачем закрылся от всего мира в землях Люция. Дарион спрятался от самого себя. Осознав это, Маргарита решила бороться за него, вместе с ним и против него. Пусть придётся снова заглянуть в бездну, но она вытащить оттуда мальчика, которого убивали много лет.
Дорога сделалась лёгкой и обрела светлые краски. Лес не изменился, положение их оставалось страшным и неясным, но Маргарита радовалась каждой минуте. Дарион рядом. Такой сложный, болезненно закрытый, но любящий и любимый. История родителей была примером для Маргариты, и она спасёт своего мага. Наверное, так и становятся настоящими спутницами. Для неё это будет урок терпения и любви, а она всегда была прилежной ученицей.
К вечеру они забрались в очень густой подлесок, Ри даже решила, что заблудились, но Дарион упрямо раздвигал ветки и шёл вперёд, придерживая гибкие деревца и кусты, чтобы и Маргарита могла пройти. Она не хотела сбивать спутника и молчала, сгорая от любопытства. Кажется, маг вёл их в очередное тайное место, где можно спокойно заночевать.
И действительно, Люций широким жестом отодвинул поросль деревцев и открылся тёмный пролом.