— Дари, все хорошо, хорошо…
И он раскрывался понемногу, хотя вначале вздрагивал от каждого её прикосновения, как от удара плетью. Не поворачиваясь к ней, он внезапно сказал:
— Тебе придётся выпить мёртвого корня.
Голос его был безжизненным и страшным. Её будто оттолкнуло от мага, дыхание сбилось.
— Никогда! — Ри сжала кулаки. — Я никогда не лишу себя возможности стать матерью твоих детей! — от ярости она не могла плакать. — Слышишь! Глупый маг! Никогда!
Она накинулась на него продолжая выцарапывать из панциря, куда он снова загнал себя, раскрывая силой, которой оказалось так много, что он очнулся от той тьмы, что накрыла его. Обессиленно Ри упала на спину рядом и зарыдала.
— Прости, прости, прости…, — Дарион беспрестанно целовал её лицо, руки, судорожно дыша, выдыхая обрывки слов. — Я обезумел от счастья и ужаса. Земли Фолганда слишком жестоки к магам. Я не хочу, чтобы моя кровь и плоть страдали, чтобы с моим сыном случилось…Чтобы и его…Так…
— Дари, они не будут страдать, — Маргарита устало выдохнула, обняла мага. — Мы сделаем для этого всё. И если…у меня хватит решимости убить.
— Моя мать не смогла. И ты не сможешь. Никто не способен в здравом уме. Ведающие, что убивали детей были безумны.
Она задумалась, понимая, что Дарион прав.
— Но мы же будем жить в твоём мире?
— А ты согласилась бы? — маг поднял голову и с недоверием, и надеждой смотрел на жену.
— Мой дом там, где ты, мой маг.
63
Агент лорда вернулся с вожаком клана Гри.
— Послежу за галереей, — обещал парень. — Если станет опасно, рядом есть место, где можно переждать, — и он отошёл в сторону, чтобы не мешать.
Стефан с интересом смотрел на седого мужчину с настороженным взглядом, а тот изучал лицо мага.
— Не могу предложить вам сесть, — улыбнулся Фолганд. — Как видите, не слишком удобные условия для беседы.
— Не беспокойтесь, милорд, — Гри держался со спокойным достоинством и, кажется, не враждебно.
— Вы не против сразу перейти к сути? Времени мало, — Стефан никогда не любил лишние условности.
— Не против, — Гри продолжал смотреть на мага настороженно и, словно, закрывшись от всего.
— Вам известна ситуация в Хриллингуре. Не будем про прошлое. Из него мудрые люди извлекают уроки. Вам бы не хотелось, чтобы Хриллингур изменился, оставив самое лучшее?
— Возможно…, — он сделал паузу. — Возможно, меня устраивает то, что мы имеем сейчас. Зачем гнаться за иллюзией?
— Я плохо знаю юг, — Стефан тщательно продумывал каждое слово, будто ступал между коварных ловушек. — К сожалению. Но за несколько дней, что я был на свободе, — он улыбнулся. — Я увидел, что жизнь в Хриллингуре рассыпается, этот мир умирает в том виде, как он есть. Долго существовать в таких условиях…
— Хриллингур живёт так столетия.
— А Эльсвер? Я думаю, вы хорошо его знаете. Ему будет мало власти. Он не остановится на магах или подданных, — отслеживая, как каждая фраза отражается в суровых глазах Гри, маг нащупал ниточку.
После слов о Риннах и власти, закрытый, молчаливый вожак клана досадливо и презрительно скривился.
— Этим всегда мало, — эмоции пробили брешь в южанине. — Говорил брату не связываться с Риннами. Не к лицу это Ду`Гри. Но он точно безумец упивался вседозволенностью и удовольствиями. За что и поплатился.
— Ринны уничтожают Хриллингур, — спокойно добавил Фолганд. — Уничтожат и другие кланы. Это вопрос времени.
— Знаю, — вожак хмуро смотрел в сторону. — Эльсвер и не собирался проводить расследование по убийству?
— Как видите.
— Я так и думал. И что вы хотите от моего рода?
Стефан кратко изложил вождю свои идеи. Эльсвер должен заплатить за преступления. Рода и слуги, участвовавшие в них так же. В Хриллингур необходимо вернуть закон земель Фолганда одинаковый для всех. Так будет безопаснее для существования остальных кланов. Гри обещал помочь людьми. Они почти попрощались, когда вожак рода задумался о чём-то и сказал: