Крона Древа активно двигалась, скручивалась отростками щупалец, оставаясь почти прозрачной, неясной иллюзией. На ветвях висели фиолетовые плоды, более яркие и плотные.
— Как тебе моё Древо, Фолганд? — Эльсвер так и не смог улыбнуться, кожа на части лица подсыхала коркой.
Только сейчас Стефан задумался, какие же маги так подпалили Ринна. Зная, что дети на свободе, было приятно думать об этом.
— Фолганд!? — старик, напоминающий скорее беспокойное животное, чем человека, вскочил на ноги, заметался, бормоча что-то.
— Дед невыносим, — пожаловался один из стражи. — Ноет и ноет. Бормочет что-то. Страшно рядом находиться.
Смерив их презрительным взглядом, Эльсвер жёстко ответил:
— Вам хорошо платят. Не нравится, я найду замену. Только и наверх вы больше не подниметесь.
Стражники втянули головы в плечи и отошли от хозяина. Следом ввели двух заключённых — безучастных, с опущенными головами.
— Так, что скажешь? — повторил вопрос Эльсвер, подошёл к Древу и срезал кинжалом один из плодов.
С жадностью голодного человека он вцепился зубами в фиолетовую мякоть, тёмный сок потёк по губам и подбородку. Стефана передёрнуло от отвращения. А глава клана доел всё до самого маленького кусочка и облизал пальцы. Седые пряди на его голове почернели, кожа разгладилась. И только ожог не исчез. Половина лица Эльсвера так и осталась обезображена. И он это понял по взгляду родича и Стефана, по собственным ощущениям. Удивлённо и недовольно коснулся пальцами подсохшей корки из старой сморщенной кожи, и от лёгкого касания кусочек отпал сам, обнажая голое мясо.
— Что это, брат Ринн?
Мрачный Ринн пожал плечами и отвернулся. Для него не существовало ни друзей, ни братьев.
— Древо надо покормить! — глаза Эльсвера вспыхнули догадкой. — Подведите еду сюда. Смотри, Фолганд, как насыщается моё Древо.
А Стефан мучительно думал о том, как прекратить это всё. Мог ли он как-то повлиять на росток? Связь с землями Хриллингура оставалась сильной. И Древо он чувствовал. Оно приветствовало его и тянуло черве-нити в сторону мага, который так и не разобрался, как управлять этой связью. Он проверил ментальную связь с Древом, мысленно велел ему направить черве-нити вверх.
— Смотри, Фолганд, как Древо приветствует меня, — воскликнул Эльсвер.
Безвольных, измученных магов подтолкнули ближе. Внимание Стефана переключилось. Несмотря на изгнание он продолжал видеть стихии. И вокруг ростка их было очень много, невероятно много. Маги словно сосуды тоже содержали в себе запертые стихии, к которым потянулись ветви. Стефан не успел ничего сделать, как белые жгуты оплели тела, заключая их в тесный кокон. От Древа шёл ментальный сигнал голода и насыщения. Меньше минуты и пустые оболочки упали на пол.
Борясь с тошнотой, маг сжал кулаки. Он обязан что-то придумать, заставить Древо пойти против Эльсвера или прекратить рост, должен уничтожить росток. И догадка осенила его — он понял, какова будет казнь. И против такой казни у него не было ментальных схем.
Эльсвер срезал второй плод, он так торопился, что оставил кинжал на земле под Древом. Стефан обратил внимание и запомнил. Старик на другой стороне залы продолжал подвывать.
— Закрой рот, старик! — держа плод в руках, лаская его пальцами, Эльсвер гневно обернулся к дальней стене. — У нас особый гость. Сам лорд-маг Стефан Фолганд, — его полные губы все-таки растянула улыбка, доставившая болезненные ощущения.
Скривившись, Ринн мгновенно поглотил второй дар Древа. Маг Гостар бился на цепи. Ему удалось добраться до середины залы и старик тянул трясущиеся руки к троим мужчинам. И тогда Стефан понял, что маг совсем безумен. Старик трясся, выкрикивал неразборчиво слова, где бесконечно повторял:
— Нельзя…Фолганд…нельзя.
— Он надоел мне, — рявкнул Эльсвер, снова проверяя ожоги.
— Сходи к лекарю, — родич сурово осмотрел брата, покосился на старика.
Гостар никак не успокаивался, становясь беспокойнее, крикливее.
— Фолганд! Нельзя! Все испорчено! — речь его стала разборчивей, но слушал его только Стефан.
Родич Ринн в несколько шагов оказался возле старика, протянул руку и сжал тонкую шею. Он поволок мага на его место, толкнул к стене.
— Что вы творите, — Стефан не выдержал.
У них на глазах Гостар отлетел от удара родича, спотыкаясь о цепь. Они все услышали неприятный хруст, когда тело мага ударилось о камень. Он мешком повалился на пол. Стража поднимала его под руки, но быстро стало понятно, что маг мёртв.