— Я с вами и маги следом.
Наконец, они освободят Стефана Фолганда из заточения.
Маг Гостар был мёртв, так и не успев ничего рассказать, но похоже хотел предупредить о чём-то важном. А Стефана родич Ринн подталкивал к Древу с безразличием в глазах и сурово сомкнутыми губами.
— Давай, вперёд!
— Я сам! — долгим взглядом Стефан смерил родича, затем Эльсвера.
Тот постоянно трогал свою обезображенную щеку, и после двух омолаживающих плодов ожоги не желали заживать. Казалось, что на коже появились новые рубцы, за которыми угадывался сложный рисунок. Память Стефана отозвалась, но времени вспоминать, где он видел такой узор у мага не было.
Помня о кинжале под деревом, Фолганд сделал оставшиеся шаги до него. Вначале нужно разделаться с кузеном, он опаснее самого Эльсвера, который выглядел теперь не менее безумным, чем старик Гостар. Стефан отобрал несколько схем для защиты и одну для оглушения родича, мысленно благодаря сына за уроки ментальной магии. Не будь хотя бы её у мага, не выжил бы и не справился в подземелье.
Очень быстро, так чтобы не попасть под черве-нити, Стефан кинулся вперёд, схватил кинжал и рывком бросил тело обратно. Он упал на спину, ударившись о каменный пол, но не обращая внимание на боль, коснулся схемой родича Ринна. Всё происходило настолько быстро, что Эльсвер успел только дёрнуть головой, а стражи побежали от противоположной стены.
Следующий рывок мага, столкнул его с родичем, стальные глаза которого наполнились тяжёлой яростью.
— Даже не думай, маг, — прошипел он, но схема мешала сосредоточится на враге и кинжал Стефана беспрепятственно вошёл под рёбра.
Сильный и полный ненависти родич Ринна оттолкнул Стефана к Древу, и только после этого рухнул мёртвым телом. Не желая возиться самому, Эльсвер предоставил страже заняться магом. К двоим охранникам из внутренней залы присоединились и те, что оставались у входа.
— Жаль, он был верным, — Эльсвер носком сапога пнул родича, убедившись, что тот мёртв. — Ничего не добился, маг. Прощай. Я с удовольствием полакомлюсь плодами, зная, что в них твоя сила.
Эльсвер поднял кинжал. Стражники остановились. Они и глава клана смотрели, как коснувшись Древа, Фолганд исчезает в тесном коконе из белых, пульсирующих черве-нитей. Древо обнимало мага опустив крону, протянув ветви к тому, с кем ощущало родственную связь. Стрёкот заполнил залу, морозная ледяная корочка покрыла землю вокруг дерева, кадку и часть пола. С трудом южанин торжествующе оскалился. Изуродованное лицо горело, кожу распирало изнутри, натянутую, готовую треснуть, как переспелый плод. Видимо, придётся найти лекаря, поганая магия испортила праздник Ринну.
— Не забудьте убрать падаль, — глава холодно кивнул страже.
Охранники раскрыли рты, чтобы ответить и застыли, их глаза помутнели. С тяжёлым выдохом, все четверо выгнулись вперёд, точно что-то попыталось выдернуть позвоночник через грудную клетку, и упали рядом с телом родича. Прямо на глазах Эльсвера они стали иссохшими останками. Склонившись над телами, всё сильнее ощущая, как разрывает болезненным жаром лицо, он услышал ненавистный голос — спокойный и властный.
— Ты опять торопишься, Ринн.
Эльсвер обернулся, сжимая кинжал в руке. Проклятый, живучий маг стоял у Древа, сложив руки на груди, жгуты черве-нитей опустились вниз, прикрывая его плечи, нежно поглаживая их, ластясь домашней кошкой.
Оказавшись внутри кокона, Фолганд почти прощался с жизнью и всеми, кого любил, но Древо не приняло его жертвы. Удивительно, но росток существа, что долгие годы требовало крови и соединялось с позвоночником мага, пугливо отказалось от силы своего хозяина. Более того, предложило всё, чем владело. Все стихии впитало тело Стефана. Все прочие связи и дары Древа другим людям были уничтожены. Старик Гостар волновался не напрасно, зная, что только Фолганда должно опасаться странное создание из ростка Великого Древа, не живая, ни мёртвая иллюзия, дающая плоды жизни и оружие против магов.
Южанин бросился на него с кинжалом, а Фолганд резко ударил его в лицо одной рукой, а второй провёл перед собой создавая защиту. Все блоки исчезли вместе с силами Древа, что оно отдало магу.
— Прости, не могу себе отказать, — неторопливо проговорил маг, когда Ринн стер кровь из разбитого носа. — Клади оружие. Скоро здесь будут гвардейцы лорда и Малат.
— Мальчишка Малат?
— Ты смертельно оскорбил его и причинил боль. И я вижу, что очень скоро ответишь за многое. На тебе метка раба Люция, — наконец, Стефан вспомнил, где видел замысловатый узор, все чётче проявляющийся на лице Эльсвера.