От старой истории у Фолгандов осталось мало приятных воспоминания, а земли Люция запомнились искажёнными и умирающими под влиянием Кукловода. Пройдя через пролом, они не сразу смогли поверить, что это то места, куда завело их расследование исчезновения Маргариты.
Прежде белёсое и неживое небо уходило за горизонт, где лежало закатное солнце, окрашивая ясную светлую синь в золотисто-оранжевые оттенки. Поражённые, маги несколько минут стояли, глядя на смешение цветов, на подсвеченные ярким светом, размазанные облака вдалеке и ещё более далёкие заснеженные вершины. Немного позже внимание их переключилось на ровные квадратики полей чуть ниже холма, на котором они стояли. Сочная зелёная трава под ногами чуть шевелилась от ветра, а с полей изумительного лавандового цвета доносились цветочные ароматы. По песчаной дороге вдоль полей человек неспешно вёл под уздцы забавную пятнистую лошадку.
Лицо Стефана разгладилось, взгляд прояснился.
— Здесь столько…
— Любви, — Скайгард напротив, нахмурился, вспоминая, как пять лет назад бросал в изувеченное лицо Дариона жестокие слова о его неспособности полюбить свои создания и отсутствии любви в нём самом.
— Неужели у него получилось, — покачав головой, Стефан проверил мир на магию, обнаружив, что всё пропитано стихиями намного большими, чем земли Фолганда. — Идеальное место для мага — сильное, полное жизни, юный неиспорченный мир.
— И всего-то за пять лет, — добавил младший маг. — Что же будет дальше?
Вопрос не требовал ответа. Вместо этого Фолганд-старший осмотрелся более внимательно, обнаружив поселение по левому склону холма. Не сговариваясь, они спустились к крепким деревянным строениям. Как и прежде несколько домов стояли вместе вокруг колодца, разделённые другими хозяйственными постройками.
Невысокая тоненькая девушка возилась у колодезной каменной кладки, тёмные локоны рассыпались по плечам.
— Ри! — бегом, Скай оказался рядом, осторожно развернул девушку к себе и тут же разочарованно отшатнулся. — Простите. Я ошибся.
А Стефан наблюдал и сохранял в памяти увиденное. Мир Люция рассказывал магу удивительные истории творения, однако, пришлось отвлечься от его совершенства. Крестьянка была старше Маргариты, но сохранила девичью фигуру, только лицо выдавало возраст — лицо, так похожее на облик похищенной дочери и одновременно совсем чужое.
— Что же он сотворил здесь? — тихо, сам себя спросил Фолганд-старший, продолжая стоять немного в стороне.
Крестьянка улыбнулась незнакомому юноше.
— Вы из замка? — отложив работу, она с любопытством рассматривала магов.
Скай помнил грубые лица бездушных творений Дариона — нелепые поделки полуслепого неумелого подмастерья. Как же изменились они, получив тонкие, чёткие черты и явную разумность.
— Мы гости Дариона Люция, — немного помедлив, Скай все-таки назвал его, надеясь, что местные жители знают настоящее имя своего лорда, с него бы сталось придумать и вымышленное. — Но заблудились немного. Лорд в замке?
Глаза женщины непонимающе округлились.
— Я не знаю «лорд», — она смутилась. — В замке управляющий Ророн. Если вам нужен толкователь, то он на том холме живёт, — и она указала рукой себе за спину.
— Толкователь? Люций?
— Он самый. Вы же к нему в гости идёте? — теперь она с подозрением покосилась на Стефана, обратившего внимание на двух молодых девушек. В поселении появились тоненькие брюнетки, которых так легко было спутать с Маргаритой, особенно не видя лиц.
Заметив чужаков, девицы смутились, не стали подходить ближе, только иногда смеялись, шушукаясь и выразительно поглядывая на Скайгарда. Он посуровел и отвернулся. И в землях Люция та же история, словно и не покидал столицы.
— Благодарю за помощь, — сдержанно простившись, Скай решительно направился в указанном направлении.
Они неспеша поднимались на холм, обдумывая увиденное, немного сбитые с толку тем, что весь мир вокруг, так или иначе напоминал им о Маргарите, словно растворенной в землях Люция. Было о чём поразмыслить перед будущей встречей с Дарионом, прозванным его творениями «толкователем».
21
Небольшой белёный дом стоял на плато, упирающееся в новый склон, который простирался всё дальше и выше. Разнотравье густым ковром покрывало холм, и только вокруг дома земля была тщательно утоптана. Ухоженное и аккуратное подворье, хозяйственные пристройки, сам дом — всё дышало уютом и теплотой.
— Мы ошиблись, — тихо сказал Стефан. — Маг не может жить в таком месте.